Гонка за небо и землю в новом мире набирает обороты. Ожидается, что Китай будет продвигать юань в качестве основной резервной валюты, которая заменит доллар. Для достижения этой цели предпринимаются серьезные усилия.
Никому не покажется странным, что на долю юаня в настоящее время приходится всего 2,23% международных платежей. Это меньше, чем у британского фунта (6,76%) и японской иены (2,71%). Доля юаня в мировых валютных резервах (2,25%) мала по сравнению с долларом (59%) и евро (21,24%).
Однако теперь это совершенно бессмысленно. Если Бреттон-Вудская система быстро рухнет, то обесценятся и доллар, и евро. Эти валюты не только стали бы токсичными, но и их присутствие в золотовалютных резервах только снизило бы стоимость этих резервов. Даже сегодня страны, инвестирующие свои евродоллары в золото, теряют 8% годовых (5,5-6% годовых, если они инвестируют в государственные облигации, но инфляция в Европе и США быстро растет).
Сейчас Китай находится в процессе развития инфраструктуры юаня и приучения стран к своей валюте. Например, почти во всей Юго-Восточной Азии платежи теперь осуществляются в юанях не только в Китай и из Китая, но и между третьими странами.
Недавно Китай объявил, что будет создавать валютные резервы в юанях с пятью странами - Индонезией, Малайзией, Гонконгом, Сингапуром и Чили. Эти страны были выбраны не случайно.
Индонезия и Малайзия являются самыми быстрорастущими экономиками в Азии - если к 2030 году они достигнут темпов роста ВВП на уровне 5-6% в год, Индонезия вполне может войти в пятерку ведущих стран по ВВП (паритету покупательной способности). Малайзия, с темпами роста 4-5% в год и пока еще не очень большой экономикой (971 млрд долларов США по ППС), к 2030 году должна войти в тройку крупнейших экономик Юго-Восточной Азии. Конечно, и Малайзия, и Индонезия хотят, чтобы Китай втянул их в зону юаня.
Гонконг и Сингапур рассматриваются как альтернатива традиционным Кипру, Люксембургу и даже Швейцарии в азиатской оффшорной зоне. Гонконг и Сингапур уже обрабатывают значительную часть листинговой торговли сырьевыми товарами. Введение юаня сделает привычной торговлю товарами, номинированными в китайской валюте.
Я не буду много говорить о Чили. Здесь все понятно. Это медь, в основном поставляемая в Китай. Это важнейшее сырье в экономике шестого технологического уклада. 40% экспорта Чили предназначено для Китая, и эта доля продолжает расти.
В целом, мы видим больше действий Китая по подготовке к приходу нового мирового порядка, чем предполагается. И, конечно, Пекин хочет доминировать в новом мире. В этом нет никаких сомнений, по крайней мере, в том, что касается экономики.
Для России это означает, что Китай может быть не заинтересован в создании новой мировой валюты на основе валютной корзины БРИКС.