Данный отрывок является первой частью большой статьи, посвящённой идеологическим аспектам специальной военной операции РФ на Украине. В данном отрывке, который является первым, мы рассмотрим исторические предпосылки формирования идеологии нынешних властей РФ. Однако, детальное историческое изучение истории заняло бы слишком много времени, так что мы лишь кратко рассмотрим период с Российской Империи по конец Советского Союза.
Имперская Россия – царский мандат
Любой, кто более-менее знает историю, скажет вам, что до великой французской революции модернистской идеи нации и национализма не было. Существовали этносы и различия между ними, но самой идеи нации и её идеологической составляющей ещё не существовало. Зато существовало понятие царской власти и её сакральный статус. Роль монархизма тогда была тотальной и это позволяло зачастую разным народам с разной культурой объединятся под властью одного монарха. Существование обладающей божественным правом на правление фигуры позволяло легитимизировать власть над всеми народами, находящимися в подчинении короне. Чем авторитетнее была фигура монарха, тем сложнее было оспорить локальным меньшинствам её правлением на их земле. По сути в этот период Россия расширялась имперскими методами – завоеваниями и ассимиляцией, которые проходили под тотальным господством монархической идеологии. Некоторые народы вошли в состав царской России раньше, некоторые позже, те, что вошли позже, конечно в итоге было сложнее ассимилировать, ибо монархизм ослабевал под натиском модерна. В те времена оспаривать права царской власти было сложно, этнические восстания просто подавлялись, так как демократических институтов и прав человека ещё не существовало. Входившие в состав царской России народы в итоге становились её непосредственным составляющим – формировалось единое социокультурное пространство, то что я в дальнейшем буду называть цивилизацией. Рождение цивилизации связало судьбы народов, живших теперь вместе в одном государстве, одном социуме, сделав их навеки неотделимыми друг от друга. Исторически цивилизации часто рушились, народы уходили в прошлое, их культура предавалась забвению, а на их место приходили новые цивилизации. Но модерн остановил этот процесс – с XIX века цивилизационные границы настолько кардинально не менялись и сформировавшиеся к тому времени условные границы англофонной, латинской, китайской, индийской, русской и арабской цивилизаций мы можем видеть до сих пор. Период расширения империй подходил к концу, ибо модерн всё больше проникал в человеческое общество. Идеология монархизма начала порицаться, власть церкви и власть божья оспариваться, а права человека, экономическая свобода, национальное государство всё чаще входить в общественный дискурс. В Россию эти идеи пришли позже чем в Европу, но со временем модерн дошёл и до неё. С падением монархии царский мандат перестал существовать, поэтому идея единого сосуществования разных народов под одной короной дала трещину. Как вы знаете, вместе с революцией в России массово расцвели национальные движения – в Поволжье заговорили об Идель-Урале, в Сибири о местной республике, про недавно вошедшие в состав РИ народы Кавказа и Средней Азии я просто промолчу. Ну и про героев нашей статьи не забываем – новорождённым украинцам распад Российской Империи подарил идею о своей собственной, независимой стране, которую они и поныне лелеют. Но в отместку национальным движениям, появились силы, для которых распад некогда единой империи стал причиной для рефлексии. Родилась почва для создания новой идеологии, под знаменем которой можно было бы снова объединить осколки некогда громадной царской России.
Рождение евразийства. Советский Союз как новая форма Империи
Крах Российской Империи привёл к тому, что появился запрос на формирование новой идеологии, которая могла бы снова объединить народы бывшей царской России, но теперь уже с поправкой на запросы модерна. Одной из тех сил, которые попытались сформировать подобную новую идеологию, стали евразийцы. Евразийцы и сделали ставку на сформированную за много веков существования царской России единую цивилизацию, общность культур и народов, живших под одним флагом. Однако они развили эту идею ещё дальше, отметив, что территория России всегда была местом, где смешивались разные народы и культуры, что Россия никогда не была однозначно частью Европы и Азии, оставаясь чем-то самостоятельным и обособленным, со своей культурой и традициями. Проще говоря, Россия была Евразией и в России содержалась идея Евразии. Ещё до евразийства существовала авангардная идея скифства, которая проводила параллели между судьбой России и цивилизацией скифов, ища корни русской государственности во влиянии кочевых народов, не в последнюю очередь, конечно, монголов. Из него позднее и родилась евразийство. Важным аспектом евразийской идеологии было противостояние Западу – в период интервенции антагонизм с европейскими державами заметно обострился, что и повлияло на становление евразийства как противостоящей европоцентризму идее. В тот момент оно ещё было достаточно сырой идеологией, но скоро уже появился Трубецкой, Савицкий и Флоровский, а за ними и другие поколения идеологов, и евразийство всё больше входило в мейнстрим, становясь одной из главных составляющих патриотического лагеря. Оно ещё окажет немалое влияние в дальнейшем. Однако, вернёмся к большевикам. Большевики, со временем, тоже встали перед вопросом собирания распавшейся Российской Империи в едино. Для обоснования этого им требовалась соответствующая идеологическая составляющая. Собственно, найти её было не так сложно, ибо марксизм сам по себе нёс идею интернационализма и объединения революционных стран в борьбе с мировой буржуазией. Однако, что бы укрепить идеологическое обоснование существования Советского Союза, большевики так же обращались к идеям евразийства, встраивая их в свою идеологическую систему. Отсюда и некоторые характерные черты советского режима – идея обособления от Запада, противостояния с ним, уже приправленная борьбой с капитализмом, идея существования общей евразийской цивилизации, единства и дружбы входящих в её состав народов, подкреплённая идеями интернационализма и объединением перед лицом мировой буржуазии. И для евразийцев, и для большевиков была характерна общая черта – они отвергали идею превосходства России над другими евразийскими народами, подменив её идей «первого среди равных», ибо в модерне уже нельзя сохранять государственное единство только на авторитете монарха и военной силе, требовалась более глубокое идеологическое обоснование для того, что бы не допустить возрождения националистических настроений и этнических конфликтов. Однако, в отличие от большевиков, евразийцы всё же в большей степени опирались на русские традиции и культуру, тогда как коммунисты, будучи модернистами, ставили своей целью избавиться от рудиментарных традиционных элементов, таких как религиозность или семья, не считаясь с тем, что они были частью русского логоса. Некоторые общественно-политические силы, такие как советские футуристы, выступали более категорично в вопросе борьбы с прошлым, но со временем советский режим вынужден был смириться с ролью традиционных ценностей в общественной жизни. Несмотря на враждебность марксизма русскому логосу, ибо марксизм сам по себе порождение модерна и продукт западной философской мысли, продолжающий гуманистическую линию Просвещения (не зря Жижек писал, что коммунист это радикальный либерал), в процессе укрепления своей власти, марксистам приходилось идти на уступки и перестраивать свою идеологию под запросы русского народа, иначе бы их режим долго не продержался. Несмотря на утверждения сталинистов о том, что они являются продолжателями марксизма, относительно классического марксизма они являются явными ревизионистами, адаптировавшими марксизм под те условия, в которых существовала Россия в начале прошлого века. Для самих марксистов такие утверждения конечно являются лютым кощунством, но я, как ни разу не марксист, не вижу в них ничего плохого. Русский социализм предпочтительнее западного марксизма. Возвращаясь к теме, мы видим становление большевизма как нового национального режима – авторитарного, патерналистского, милитаристского, антизападного, в общем, полную противоположность социализму таким, каким его видел Маркс. Благодаря этому коммунистам удалось сохранить целостность страны, пережить войну с Германией, сделать Советский Союз важнейшей мировой державой, чьё влияние вышло далеко за пределы Евразии, достичь прорывных исследований в науке и т.д. Двойственность советского режима, его тёмные пятна, никак не могут отменить того, что режим этот оказался весьма жизнеспособным и оставил свой отпечаток в истории нашей страны.
Кризис национальной идентичности на постсоветском пространстве
Но, так или иначе, в 1991 году Советскому Союзу пришёл конец. Несмотря на тотальное господство концепции «дружбы народов», советы так или иначе сталкивались с беспорядками на национальной почве в тех или иных частях страны, а распад Союза привёл к окончательной эскалации этнической напряжённости в республиках. Весь период 90-х на постсоветском пространстве гремела масса вооружённых конфликтов на национальной почве. Грузия, Приднестровье, Карабах, Чечня, Таджикистан. Как я уже отметил ранее, коммунисты в силу идеологии не очень учитывали национальный фактор, поэтому когда они рисовали границы советских республик, то не слишком учитывали мнение и роль местных этносов. Для понимания насколько коммунисты игнорировали этот фактор достаточно посмотреть на границу Киргизии и Таджикистана. Итогом советского рисования границ стало то, что тот или иной аул мог стать анклавом на территории другого государства. Итоги этого приходиться разгребать до сих пор и вероятно ещё не одно десятилетие уйдёт на стабилизацию постсоветского пространства. Но, кроме этого, для национальных конфликтов была ещё одна причина. Парад суверенитетов привёл к кризису национальной идентичности на постсоветском пространстве. Большая часть государств, образовавшихся после распада СССР, последний раз были независимыми после распада РИ, да и то, данная независимость была непродолжительной и вскоре они вошли в состав советского государства. Отдельные государства и вовсе ранее даже не существовали в истории. С обретением независимости большинство из них столкнулись с кризисом национальной идентичности в силу того, что никогда до этого не имели национального самосознания и национального государства. Создание национальной идентичности требовало нескольких факторов, а именно: 1. формирование исторической преемственности 2. унификация входящих в состав новообразованного государства этносов в одну нацию на основе гражданства 3. пропаганда идеи «колониального гнёта» в период нахождения в составе другой страны 4. создание национального мифа, подчёркивающего исключительность нации относительно других.
Как вы видите по третьему пункту, важным фактором, наверное одним из самых важных, необходимых для создания новой нации на постсоветском пространстве, являлось формирование идеи, что до обретения независимости нация по сути находилась под колониальным гнётом русских. Несмотря на то, что не все из постсоветских стран на государственном уровне использовали такую риторику, наиболее яркие примеры в виде Украины, Грузии и Прибалтики выстроили свою национальную идентичность во многом на ненависти к периоду нахождения в составе «русской сферы влияния». В некоторых странах, таких как Казахстан и Азербайджан, власти выбрали более компромиссный вариант и вместо русофобии пропагандировали антикоммунизм. Ну а в целом, среди интеллигенции, либералов и националистов, идеи русофобии и антикоммунизма процветали в большинстве стран СНГ. В некоторых они находятся в опале, как например в Белоруссии, где попытки змагаров повторить украинский опыт закончились тюремными сроками. В Казахстане местные власти неоднократно закрывали глаза на действия националистов, что до сих пор вызывает массу критики в их адрес. В Армении в период Бархатной революции антироссийские лозунги так же были в ходу, однако агрессия со стороны Азербайджана вынудила армян умерить свою риторику, ибо пока только Россия может их защитить. Но самым больным примером стала Украина, ибо уровень русофобии и антикоммунизма в украинском обществе был доведён до такого уровня, что страна пала в начале в состояние гражданской войны с утратой территорий, а потом и вовсе в открытое противостояние с Россией. Формирование украинской национальной идентичности требовало превращения в Анти-Россию, а неоднородность населения на территории Украины привело к коллапсу страны. Формирование единой украинской нации фактически потерпело фиаско, хотя жёсткий антагонизм с Россией позволил им создать достаточно твёрдый национальный миф, который в будущем явно будет еще неоднократно использоваться украинскими националистами.