Глава 33
– Палыч, с тобой всё нормально?
Андрей выглянул из-под стола и увидел Малиновского. Как только тот пришёл в кабинет так рано и так незаметно?..
– От кого прячемся?
– Карандаш закатился, – продемонстрировал Андрей причину своего пребывания в столь неподходящем месте.
Малиновский глянул на подставку для канцелярских принадлежностей, где торчал ещё с десяток таких карандашей, и недоверчиво хмыкнул:
– Скажи правду, друг. Ты скрылся от враждебного мира в целом? Или всё-таки от отдельных его представителей? Точнее – представительниц?
Расположившись, где ему и положено было – в своём кресле, Андрей усмехнулся:
– Если ты намекаешь на мелкую Воропаеву, то откуда она в офисе в восемь утра? Это нонсенс.
– Да, – согласился Ромка, – и для Элечек-Лерочек рановато. Значит, всё-таки тебя доконал мир в целом?
– Мир прекрасен, полон возможностей и шансов. Уймись, Рома, у меня действительно упал карандаш, и мне вдруг захотелось его поднять. Такое бывает. Влез под стол, а там задумался, осененный идеей.
– Ну-ка, ну-ка…
– Надо выпустить буклет-ретроспективу. Все коллекции Милко. И рядом с каждой моделью оставить свободное место. Разместить эти буклеты в наших торговых точках. Ну, чтобы у каждой женщины была возможность проголосовать за нравящееся платье. Поставить крестик, галочку, смайлик… Нельзя стоять на месте, надо готовить новую коллекцию повторов.
– Первая отлично продаётся, – сообщил Малиновский то, что Андрей знал и без него.
– Сайт, интернет-опрос тоже нужен, – продолжил Андрей. – Мы судим по уровню продаж, но тенденции меняются, и вдруг именно сейчас можно успешно реализовать что-то, не так бурно продававшееся три года назад.
– И кто же будет обрабатывать эти галочки на листочках из магазинов? Надеюсь, не я?
Андрей показал карандашом в сторону приёмной и шёпотом сказал:
– Шура. Почему нет? Иначе я заболею от её гиперопеки. Её следует занять чем-то кроме нас как можно скорее.
– Хорошо, я понял. Под столом ты скрывался от Шуры. Это был вопль подсознания. Будет тебе буклет. А это у нас что?
Билеты на лекции немецкого экономиста Андрей купил вчера вечером и только сегодня выложил из кармана куртки.
– Это для нас с Катей. Будем повышать профессиональный уровень.
– Потолок уровнем не пробейте, – посоветовал Рома. – Но вообще это мудро. Верный способ погасить все остаточные искры страсти – затащить девушку вечером на лекцию по экономике. Поступок, достойный лавочника, сатрапа и деспота. Хвалю.
– Шёл бы ты, Малиновский.
– И пойду, – согласился друг, – только думал, ты поинтересуешься, чего я не опоздал, если уехал с вечеринки с Викторией.
– И чего же ты не опоздал?
– Спасался бегством, – грустно поведал Ромка. – Сначала она пыталась отравить меня макаронами собственного приготовления, потом в её квартире вдруг отключили свет, а она понятия не имела, где у неё свечи. Потом, когда свечи нашлись, предложила игру с наручниками и уронила ключи, естественно, они тут же завалились непонятно куда. Пока искала, я чуть не поседел. Думал – а вдруг не найдёт?
– Свет-то включили?
– Под утро. И я тут же эвакуировался. Она ещё страдала вслед. Мол, это только авария, а вот-вот отрубят за неуплату, и это куда серьёзней. Как же ей жить на свете, бедной одинокой птичке?!
– Видно, с предыдущим у неё всё плохо кончилось, не мог оплатить девушке коммуналку, – хмыкнул Андрей.
– Видно. Чёрт, от этих макарон до сих пор в животе нехорошо. А у тебя как? Как наша маленькая Воропаева? Конечно, ты её кинул, и она недоумевает, почему?
– Разъехались на разных машинах в разные стороны, – отчитался Андрей. – Перед этим она сказала мне, что я бестактный и совершенно не умею обращаться со слабым полом.
Малиновский проявил заинтересованность, и хотя особенно распространяться Андрею не хотелось, о своей выдающейся находке в общении с Кирой он всё-таки поведал.
– Я предложил ей выйти за меня замуж. Немедленно. То есть желательно – на следующей неделе.
Во взгляде друга промелькнул целый калейдоскоп эмоций, но в итоге все они уместились в одно слово.
– Ненормальный, – постановил Ромка.
– Она тоже теперь так считает.
В выставках, подобных вчерашней, Андрей не особенно разбирался, да не разбирался и никто – это был лишь повод для очередного крайне важного общения с крайне нужными персонажами. Воропаева не потратила и секунды на изучение экспонатов, а мгновенно повисла у него на рукаве. Ему было скучно, он не видел смысла в этой потере времени, поэтому принялся развлекаться, как мог. Стряхнуть с рукава Кирочку надо было как-нибудь затейливо. И не хамить, и чтобы желание преследовать его у девицы поубавилось. Примерно представляя, что может твориться у неё в голове и какие планы на него она может строить, он заглянул Воропаевой в глаза и сказал – согласен. Подумал по дороге сюда и решил – а чего, собственно, время тянуть? Раз им так и так объединяться на ниве общего бизнеса. Ему вот осточертело жить в одиночестве. С прошлого развода – никакой определённости, какие-то непонятные девицы вокруг, а теперь, когда у него столько работы, на эти непонятки нет ни сил, ни времени. То ли дело жена. Женился, и половина проблем отпала. Как минимум – чистые носки, глаженые рубашки и завтраки по утрам – уже не твоя компетенция. Да и в бизнесе семейные люди ценятся больше. Почему-то считается, что они – надёжней. Так что брак в его ситуации – необходимость. Сразу по многим причинам. Хлебнув вина, Андрей продолжал нести чушь, а из рук уже слегка обалдевшей Кирюши бокал выхватил…
– Сказал, что всё, ей теперь ни грамма. Потому что мы будем делать младенца.
Малиновский свалился на стол, роняя с него бумаги и не то изображая истерический хохот, не то и верно очумев от пересказа вчерашних событий.
– Младе-е-енца, – застонал он, – младе-е-енца. Кирочка и спиногрыз… Картина маслом.
– Я был убедителен. Хочу, дескать, отдаться работе, а всё, что нужно сделать в жизни параллельно – жениться и размножиться, – планирую провернуть побыстрее. Чтобы уже не отвлекаться. Ты полегче, у меня тут, между прочим, документы. А впечатление я усилил тем, что любая банальная пышная свадьба – чушь, ну отщелкают тебя фотографы, напечатают в десяти журналах да завтра и позабудут. То ли дело тайная регистрация. Столько слухов – зачем, почему, как так… Сплошной выгодный пиар и при этом экономия на разовом мероприятии. В общем, она от меня рванула. Перецепилась на какого-то знакомого. Увидела его, обрадовалась, как сто лет не общались, и покинула. И когда уже разъезжались, сообщила, что мне не с женщинами надо встречаться, а с колхозными бабами, потому что я – бестактный.
– Глупо, – успокоившись, вздохнул Малиновский, – а если бы она согласилась? Как бы ты выкручивался?
– Я, конечно, не великий психолог, но на это у неё точно не хватило бы чувства юмора. Полагаю, пока она всё это переварит и сделает какие-то выводы, у меня есть пауза. А повезёт – так вообще отвяжется.
– Посмотрим на эти выводы. Вдруг Кирочка нас ещё удивит.
– Удиви меня ты, – предложил Андрей. – Начни работать прямо сейчас.
– Начну. – Малиновский снова ухватил билеты на лекции и, подняв их над головой, провозгласил: – Ура Жданову, мастеру избавления от девушек…
И замолчал, потому что дверь открылась и на пороге появилась Катя. Которой в этот час тут нечего было делать.
– Отдай билеты, – потребовал Андрей.
Забирать их, прятать, а потом заталкивать в букет казалось теперь глупостью. Вот Катя, и раз уж она ни с того ни с сего пришла сюда в учебное время, надо приглашать её на лекцию сразу. Интересно, что она слышала, подходя к двери? Пожалуй, про мастера слышала, уж больно громко Малиновский вопил…
– Мне нужно кое-что взять, я тут забыла, – поздоровавшись, почти виновато сказала Катя. Словно застала их с Ромкой за чем-то, что ей не следовало видеть, и теперь смущается. – К зачёту. Оставила материалы… в кабинете.
Малиновский, вручив Андрею билеты, убрался за свой стол. И заулыбался оттуда иронически. Мол, ну что, как будем предлагать девушке такой ужас – дополнительную учёбу после обязательной? Любопытно понаблюдать процесс. Да, на свидание в перспективе это теперь вовсе не тянуло. Но любую встречу можно превратить в свидание уже по ходу действия.
– Кать, как ты смотришь на то, чтобы нам послушать одного классного экономиста? Это по вечерам, на следующей неделе.
Катя вцепилась в папку, которую добывала со стеллажа, и уставилась на Андрея с недоумением первоклассницы, вдруг приглашенной на фильм, куда не пускают детей до шестнадцати. Впрочем, если её заставали врасплох, она всегда так смотрела. Изумление и неожиданность придавали её лицу занятнейшее выражение. Однако не успел Андрей уточнить, что он всё поймёт, если она откажется из-за загруженности на сессии, помощница сказала:
– Конечно, я хочу! Очень хочу!
Малиновский трагично вздохнул, а Андрей вспомнил сон с поцелуями. Будто Катино согласие идти с ним на лекции только подтверждало – если и следует с кем целоваться, то только с такой девушкой, умеющей столь непосредственно удивляться и потом – так радоваться тому же, что радует и его.
– Знаешь, друг, беру свои слова обратно. Кажется, с методом отпугивания одной персоны ты прокололся, – сделал вывод Малиновский, когда Катя ушла.
Занявшись изготовлением нового буклета и прочими текущими делами, о дальнейшем Андрей уже не размышлял. И так ясно – пока Катя на сессии, он в офисе, а вот на следующей неделе они увидятся, и интеллектуальный поход непременно перерастёт в свидание. Потому что он так решил. Можно было бы, конечно, встретиться и в выходные, но Андрей вспомнил собственную учёбу и то, как преподаватели обожали ставить какое-нибудь ответственное занятие именно на понедельник. У студента все выходные свободны – пусть учится, нечего расслабляться. В субботу Андрей ещё поехал в офис, а в воскресенье решил продолжить разбираться в компьютере Павла. Они с Катей нашли многое, что пригодилось для бизнес-плана, но там ещё было что посмотреть. Впервые Андрей открыл и папку с фотографиями. Фото эти были сделаны в основном на презентациях, встречах, в офисе, словно дома Павел никогда и не фотографировался, но Андрей, наконец, нашёл и нечто неформальное. Эти кадры были сняты явно за городом, возможно, в том доме, который Андрей унаследовал, но ещё ни разу там не был, а может, это был дом Воропаевых, ведь на фото Павел был именно с Юрием. Обычная вылазка на природу – с вином, шашлыками и прочим обязательным в подобных случаях.
На одной из фотографий кроме Павла и Юрия Андрей увидел Киру – тут она была ещё совсем девчонкой, белобрысой и ничего опасного собой, пожалуй, не представляющей. Жаль, матушки нет, поглядела бы на забавное – её бывший и настоящий вместе… Подумав, что все эти фотки – лишь за последние годы, когда всё снималось на цифровой носитель и сразу попадало в компьютер, Андрей понял – ведь где-то наверняка есть и старый обычный фотоальбом. И там, возможно, сохранились и матушкины фотографии со свадьбы. Наверняка альбом этот прячется где-то на бесконечных полках с книгами. Андрей обязательно его найдёт. В своё время…
Накануне они созвонились с Катей и договорились встретиться уже у места проведения лекций. Катя сказала, что ей так будет удобней – подъехать прямо туда. К назначенному часу Андрей прибыл с билетами и букетом цветов. Букет был небольшой, простенький, но очень милый. Ему показалось, что именно такой Кате и подходит.
Катя не пришла. Её телефон не отвечал.