"Белая армия, чёрный барон - снова готовят нам царский трон" пели в советской песне о Петре Врангеле. Однако если судить по делам этого барона, то он был скорее одним из самых либеральных лидеров "Белого движения".
Как писал о Врангеле близко знавший его генерал П. Шатилов: "Это был любивший общество светский человек, прекраснейший танцор и дирижёр на балах и непременный участник офицерских товарищеских собраний".
В то же время во время ПМВ Врангелю была дана такая характеристика: "Выдающейся храбрости. Разбирается в обстановке прекрасно и быстро, очень находчив в тяжёлой обстановке".
Барон Врангель получил пост главнокомандующего юга России 6 апреля 1920 после отставки генерала А. Деникина, который к этому времени уже в значительной степени растерял свой авторитет.
В этот полугодовой период с апреля по октябрь-ноябрь 1920 года (до захвата Крыма большевиками) Петр Врангель пытался лавировать во все более ухудшающейся для "Белой гвардии" обстановке. Барон предпринял ряд очень неординарных решений.
Если бы эти решения были приняты ранее и доведены до народов России, то вполне могли бы привлечь на сторону "Белого движения" более широкие слои населения, в том числе и крестьян.
Итак, что же предпринял барон Врангель?:
1) Признал законным т.н. "Черный передел", т.е. захват крестьянами помещичьей земли после революции. Если бы это решение было спущено в народные массы в первые годы гражданской войны, то, без сомнения, лишило бы "Партию большевиков" их главных козырей.
2) Выступал за федеративное устройство будущей России и самоуправление народов. В наши дни это кажется банальностью, но в те времена это было очень смелым предложением, которое могло склонить на сторону "Белого движения" национальные формирования (вспомним латышских стрелков, которые за похожее обещание верно служили В. Ленину).
3) Ввел в действие пакет законов, регламентирующих права и свободы рабочих. Эта мера в масштабах аграрного юга России не принесла значительного эффекта, а на территории всей остальной России вообще осталась неизвестной.
4) Будучи монархистом, Врангель, тем не менее, выступал за Учредительное собрание, которое должно было определить форму управления Россией.
Как я уже писал, все эти меры были приняты с огромным запозданием, когда мяч уже был на стороне Советской России, и "Белая гвардия" фактически не имела возможности ни закрепить, ни развить их.
Если судить об этих отчаянных попытках "Черного барона" не предвзято, то становится очевидно, что они были больше похожи на попытку социально-демократических реформ, чем на "снова готовит нам царский трон" и возрождение самодержавия.
.