«Письмовник» Михаила Шишкина — образчик интеллектуальной прозы, к восприятию и принятию которой необходимо быть готовым на сознательном уровне. Проза Михаила Павловича сочетает в себе самобытность и богатство языка, тонкий психологизм, нелинейность построения композиции, пластичность слога, умение вовлечь читателя к проживанию и глубокому переживанию происходящих на страницах книг событий наравне с самими персонажами. «Письмовник» написан в жанре переписки, что предполагает открытость и чистосердечность, своего рода исповедь. В книге отсутствует связь времен, событий и поколений, адресанты писем — из ниоткуда, адресаты — в никуда. В то же время в романе имеет место тесное переплетение судеб далеких друг от друга людей, которым никогда не суждено встретиться, местами перерастающий в некоторой степени телесный контакт. Герои романа переносят свое восприятие действительности на бумагу, задаются одними вопросами, на которые не существует единого ответа, но которые возникают рано или поздно перед каждым человеком вне измерений времени и пространства. В письмах читаются различные формы проявления любви, привязанности, ответственности, долга, раскаяния. Внутри каждого героя происходит борьба в поисках ускользающего смысла существования, гармонии с окружающим миром и самим собой. Невероятное переплетение трогательности ожидания встречи после долгой разлуки, щемящей тоски по несбывшемуся, наполненных светом надежд, оборачивающихся невосполнимыми потерями и одиночеством, всеобъемлющего неприятия жестокости и безжалостной реальности, с которой приходится столкнуться на жизненном пути. Прочной нитью, связывающей сквозь время персонажей повествования, является проникновенное желание донести часть себя до близкого и любимого человека, быть рядом, когда это необходимо, несмотря на отделяющее пространство и жизненные обстоятельства, продолжаться друг в друге, остаться в памяти, которая будет хранить о нем воспоминание.
Наверно, чтобы стать настоящим, необходимо существовать в сознании не своем, которое так ненадежно, подвержено, например, сну, когда не знаешь, жив ты или нет, но в сознании другого человека. И не просто человека, а того, кому важно знать, что ты есть.
Не доходят только те письма, которых не пишут.
Все дело в рифмах. Все на свете зарифмовано со всем на свете. Эти рифмы держат мир, как гвозди, загнанные по шляпки, чтобы он не рассыпался.
Необыкновенно личный и сокровенный роман, который найдет свое отражение в сердце каждого читателя. Пример настоящего искусства письма. Роман-воспоминание, который недостаточно прочитать, но который предполагает погружение, осмысление себя сквозь словесное кружево с медово-янтарным оттенком.
