На улице тихо падали крупные хлопья снега на мое разгоряченное лицо, таяли и скатывались за шиворот. Снежинки на ресницах мешали наблюдать за обстановкой на дороге. Приходилось часто моргать. Надвигалась метель. косой ветер начал разгонять снежинки, превращая их в колючие снаряды. Холодало. Хорошо, я уже приехал и подходил к подъезду друга.
Все выходные мы с товарищем беспробудно отмечали встречу. В воскресенье ночью собрался домой. Вместо моей шестерки стоял сугроб. Что делать? Еле добрался до двери. Лопаты нет. Откопал машину, как крот, руками. Отогрел замок горящими спичками и дыханием. С горем пополам забрался внутрь. Двигатель долго не заводился. Замерз. Я и чертыхался, и проклинал тот день, когда в такую дрянную погоду поперся в гости, и колеса бил ногами.
Пытался с раскачки выехать. Ни в какую. Ногами и руками снег из-под колёс отгребал. Буксует машина и всё. Уже хотел звонить другу, как из подъезда с отборной бранью показался ковыляющий пенсионер с лопатой.
Я испугался, думал, дед отходит по бокам этой лопатой. После одиннадцати вечера нельзя ведь шуметь.
А он кричит:
— Как ты всех задолбал, ездюк хренов! Газуешь на своём дрындолете на весь двор! Людям не даешь телевизор смотреть! Какого, спрашивается, рожна выехал из дома без лопаты? Видно, у всех молодых вместо мозгов мякина в голове!?
Матерясь, он шустро отбрасывал лопатой снег. Я понял, что воспитания не будет, стал откидывать снег ногами. Ну, нет у меня лопаты в багажнике. Отдыхать ехал, выпивоном да закуской забил его.
— Хули ты своими копытами ковыряешь тут?! Садись в колымагу и катись отсюда!
Молча сел в машину. Дед махнул мне рукой, а сам уперся в багажник. Стал толкать.
Немного раскачавшись, машина благополучно выехала.
— Спасибо, дед! — крикнул я, открыв дверь.- Выручил, получается, в порядке исключения.
—Иди ты!! — услышал я в ответ.- Бестолковое вы поколение! «Исключения, вы знаете, только подтверждают правило»: русские своих не бросают! В следующий раз не забывай инструмент!