2 июля 1990 в Москве открылся XXVIII съезд Коммунистической партии Советского Союза, ставший последним в её истории. Он был необыкновенно демократичным — Генерального секретаря избирал весь съезд, а не ЦК, как раньше, и на конкурентной основе. Съезд начался с предложения одного из делегатов вообще отправить Генсека Горбачёва в отставку. Увы, этого сделано не было: делегаты вновь избрали Горбачёва на его пост. За него голосовало 3411 делегатов, против — 1116, за альтернативную кандидатуру Т. Авалиани — 501 голос за, 4026 — против.
Борис Ельцин, к этому времени уже возглавивший РСФСР, на съезде демонстративно хлопнул дверью, вышел из КПСС, в которой сделал свою карьеру. Заседала формально правящая партия, а оппозиционная печать уверенно пророчила ей скорую гибель. И даже не только оппозиционная (заглавный рисунок взят с обложки «Крокодила», который едва ли можно назвать журналом оппозиции). И, главное, это было чистой правдой: у власти партии оставалось быть около года, до 21 августа 1991 года, а до её запрета оставалось менее полутора лет...
А это маленькое стихотворение — как бы пояснение к популярной в те дни мысли, которую выражает и заглавная картинка — было опубликовано в перестроечном «Огоньке» (написано как пародия на известные стихи Александра Блока):
Ночь, улица, фонарь, аптека,
Начало будущего века,
Мелькает тень городового,
Зажав подмышкою обрез,
Я на стене пишу три слова:
ДА ЗДРАВСТВУЕТ КПСС!!!
На XXVIII съезде КПСС. Июль 1990 года. Что ж ему так весело-то?
В дни XXVIII съезда. Лозунг с митинга тех дней (плакат держал ребёнок): «Дядя Горби обманул нас с бабушкой. Мы верим Ельцину. Он честный»
Всё сбылось, как по нотам... Да, сейчас на дворе первая четверть наступившего будущего века, мелькает тень полицейского, и впору писать на стенах те самые три слова... В некоторых частях бывшего СССР (на Украине, например) последующая посадка за написанное совершенно реальна.
