Дома жена уже затопила баню. Юрий ходил по ограде, управлялся. Перед его глазами стояла стройная Варькина фигурка и её голубые глаза, устремлённые на него.
- Ты чего это разулыбался, как будто пирог с маком съел, – голос жены застал врасплох.
- Да так я. Просто дома хорошо.
- Давай в баню собирайся.
- Ладно.
Юрий потряс головой, отгоняя наваждение.
- Вот дурень. Надо выбросить дурь из головы.
Но дурь никак не хотела выбрасываться. Снова и снова перед глазами маячила высокая грудь под мокрым платьем, и дурманил аромат переспевшей клубники.
Он очень хотел увидеть Варю, но она не попадалась ему на глаза. Возможно она тоже и хотела и боялась этой встречи.
Как бы то ни было, но в один из дней, возвращаясь с работы, он снова увидел на обочине хрупкую фигурку в голубеньком платье в белый горошек. В руках Варька держала букет из полевых мальв и ведёрко с ягодами. Юрий молча открыл дверцу, она, также молча, как будто ныряя, зажмурила глаза и запрыгнула в кабину. Трактор свернул с дороги к раскидистой ветле на берегу небольшого ручья. Они вылезли из трактора и не сговариваясь бросились друг к другу. Юрий держал в объятиях это гибкое тело и не верил своему счастью. Она была здесь и гладила его лицо.
Домой они вернулись уже затемно. Варька вылезла на окраине. Они долго стояли обнявшись, словно боясь расстаться.
- Что так поздно? – встретила его жена.
- Трактор сломался.
- Смотри, сам не сломайся.
- Ты о чём?
- Догадайся.
Юрий был счастлив настолько, что спорить с женой не стал. Быстро помылся, проглотил ужин.
- Я лягу на веранде. В доме жарко.
- Как хочешь.
Каждый день Варька ждала его возвращения с работы недалеко от села. Им казалось, что они всё делают незаметно, но, как и все влюблённые, не замечали взглядов, устремлённых на них. Чужое счастье глаза колет. Кто и когда рассказал обо всём Анне?
На следующий день Варьки на привычном месте не оказалось. Не было её и на второй день, и на третий. Обеспокоенный Юрий, потеряв всякую осторожность, пошёл домой к Варькиным родителям. Увидев его, мать замахала руками:
- Уйди, ирод! Погубили доченьку мою! – зарыдала она во весь голос.
- Мать, иди к себе, – отец, обнял её и увёл в горницу.
- Да что случилось-то? Скажет мне кто-нибудь?
- Покалечили Варьку.
- Как покалечили?
- В больнице она. Поедешь, сам всё узнаешь, если захочет разговаривать с тобой.
Юрий выскочил от них, побежал домой. Выкатил из гаража старенький мотоцикл «Урал».
Жена выбежала из дома:
- Ты куда собрался-то, окаянный?
- Уйди!
Мотоцикл завёлся неожиданно быстро. До районной больницы домчался за сорок минут.
В списках, в приёмном покое, быстро нашёл знакомую фамилию. Палата № 5. Никого не встретив в коридоре, быстро вбежал на второй этаж. Приоткрыл дверь и заглянул в палату. Варя лежала одна. То, что увидел он, резануло по сердцу: лицо её сплошь было забинтовано. Только глаза, яркие голубые глаза открылись ему навстречу.
- Юра, – простонала она. – вот что они со мной сделали.
Юрий упал на колени возле кровати.
- Варенька, милая моя, да что случилось-то. Не могу добиться ни от кого.
Из прерывистого рассказа Вари он понял, что, когда она в очередной раз возвращалась после свидания с ним, в тёмном переулке её поджидали. Навстречу бросилась какая-то тень, и она услышала женский голос:
- Получай, сука. Будешь знать, как чужих мужиков уводить.
Затем в лицо ей чем-то плеснули, и жидкость потекла за шиворот. Нестерпимая боль охватила лицо. Кое-как она добралась до дома и упала через порог.
- Доченька, что с тобой? – кинулась к ней мать.
- Не знаю, мама, мне очень больно.
- Ох, знала я, что добром это не кончится.
Родители вызвали скорую. В больнице выяснилось, что в лицо Варе плеснули серной кислотой. Поражена была вся кожа лица. Спасибо, хоть глаза остались целыми.
Юрий был ошеломлён рассказом Вари.
- Кто? Кто мог сделать это с тобой?
- Не знаю, я в темноте не разглядела.
Приехав домой, Юрий приступил к жене:
- Твоя работа?
- Ты о чём, Юрочка?
- Сама знаешь о чём!
- А ты про Варьку? Так и надо ей! Пусть мужиков чужих из семьи не уводит.
- Не собирался я уходить, да видно придётся.
Юрий сбегал в летнюю кухню, нашёл там рюкзак. Неожиданно под столом заметил тёмную гранёную бутылочку. Открыл пробку, понюхал. Так и есть – кислота. Вбежал в комнату, показал жене:
- Так говоришь, не твоя работа. А это что?
- Не знаю, Юрочка, откуда это у нас.
- Живи дальше, если совесть тебе позволит, – и вышел, хлопнув дверью.
Вещи оставил у родителей Вари, а сам снова поехал в больницу. Целый месяц он провёл у постели любимой. На работе взял отпуск без содержания. После выписки из больницы,они не расставались. Через несколько дней должны были снимать повязку. На процедуру поехали вместе.
- Юра, в кабинет я пойду одна. Не хочу, чтобы ты видел меня такой.
- Ты для меня всегда будешь красавицей!
Когда сняли повязку, Варя взглянула в зеркало и зарыдала. Опухшее лицо с красными рубцами и шрамами превратилось в безобразную маску. Сам Гуинплен (человек, который смеётся), заплакал бы, глядя на неё.
- Варенька, любимая моя, – Юрий целовал её руки, лицо, осторожно прикасаясь к нему.
- Я не хочу больше жить. Ты ведь разлюбишь меня.
- Глупая! Ты самая красивая у меня. Мы с тобой больше не расстанемся.
Юрий сдержал своё слово. Он быстро развёлся с женой, объясняя своё решение несходством характеров. Уголовное дело закрыли из-за отсутствия доказательств. Юрий, наверное, чувствуя и свою вину за то, что произошло, никому, даже Варе, не сказал о тёмной бутылочке, найденной им в летней кухне.
Через две недели после развода Юрий с Варей расписались. Бракосочетание тихо отпраздновали в кругу семьи.
Какое-то время пожили в своём селе, а потом переехали. Вот так и появилась на окраине другого села эта странная парочка.
Впрочем, никому уже она не казалась странной. Наверное, такой и бывает настоящая любовь. Сладкую ягоду ели вместе, и горькую тоже...С лица воду не пить...
начало здесь https://zen.yandex.ru/profile/editor/id/5a2a9cda4bf161e9e0e88076/62bff9048891784cf0ea3a96/edit