Предыдущая часть
Она следила и за Михаилом. Его слова о том, что он не знает, как его зовут на самом деле, не давали покоя. Что-то подсказывало ей, что он не врал и не шутил. Дела обстояли именно так: он не знал своего настоящего имени, а возможно, и прошлого. Только вот вопросы, которых теперь стало только больше, задавать было бесполезно. Она уже знала его характер, успела изучить за несколько дней, что они провели в домике.
Мужчина стоял на выходе из беседки, он задрал голову и изучал звездное небо. Фонари не давали хорошенько рассмотреть небесные светила, но самые яркие из них приветственно мигали.
- Вот Большая медведица, - вдруг произнес Михаил. – А вот и малая. Полярная звезда, Кассиопея. Больше созвездий я не знаю. Плохо учился на уроках астрономии. Мне все эти звезды казались такой ерундой. Только с годами понимаешь, что вот нас не было, а они светили. И нас не станет, а они еще будут светить. И не важно, что их самих может уже тоже не быть там, но отраженный от них свет будут видеть еще долго. Так и с людьми: они умирают, но их поступки имеют отголоски еще на много дней, месяцев или лет.
- Не только поступки, но и наследие. Я говорю о писателях, художниках, музыкантах, - подхватила Лена. – Почему-то мне кажется, что вы имели в виду что-то дурное, но ведь у всего есть оборотная сторона.
- Мы опять на вы?
- Я просто увлеклась разговором, по привычке говорю посторонним людям Вы, как на работе. профессиональная деформация, так сказать.
- Насладитесь уже моментом, - посоветовал ей Михаил и пошел обратно к домикам. Лена тоже поднялась, оставаться одной в парке в столь позднее время казалось ей не совсем безопасным. Вход в него имелся и со стороны шоссе. Там, правда, был шлагбаум со сторожем, но когда такое останавливало неблагонадежных граждан?
На сцене слышалась музыка: там вживую пел невысокого роста темноволосый мужчина. девушка заинтересовалась и пошла на звук. Слушали певца три человека. Вчера в еще один домик заехал пожилой мужчина. Он и парочка молодоженов наслаждались довольно недурным вокалом.
Певец несколько оживился при появлении Лены. Она сразу обратила внимание, что он прошелся по ней взглядом чуть более внимательным, чем нужно, и продолжил петь, но теперь более выразительно, слегка пританцовывая, добавив в голос томности.
Она устроилась на самой дальней скамейке и смотрела на воду небольшого бассейна, что располагался между танцполом и рестораном. Тот подсветили разноцветными огнями, и в купе с музыкой атмосфера сложилась весьма романтическая. Молодожены отчаянно целовались. Старик не обращал на них внимание. Он прикрыл глаза и раскачивался в такт музыки. Руки его покоились на набалдашнике довольно затейливой трости.
Лена принялась размышлять, кто он. Возможно, ювелир на пенсии или даже артист местечковых театров. Или не совсем модный критик, приехавший оценить пансионат для статьи. Личность старика почему-то занимала ее куда больше молодого человека на сцене. А вот тот очень хотел привлечь к себе внимание. Девушка даже подумала, неужели здесь все так скучно, что даже она вызывает интерес у такого привлекательного и явно пользующегося популярностью у женщин представителя мужского рода.
Выступление подошло к концу, певец долго собирал свои бумаги с текстами и колонку, откуда играло музыкальное сопровождение. Периодически он бросал взгляды на Лену, но та поторопилась собраться и пойти к своему домику. Молодожены не сразу обратили внимание, что песни закончились, запоздало похлопали в ладони и побрели куда-то в сторону парка. А вот занятный старичок продолжил сидеть. Только развернулся к сцене спиной и теперь глядел на пруд. Хотя он и остался в одиночестве, но вся его осанка и выражение лица говорили о том, что ему очень комфортно и спокойно в таком состоянии. Именно для этого он и мог сюда приехать, отдохнуть от суеты и толпы. На пальцах его не было никаких колец, кроме одного перстня. Но это тоже ничего не значило.
В домике Анны свет уже не горел, часы показывал полночь. Стоило тоже ложиться, чтобы не проспать экскурсию. Михаил уже удалился к себе или демонстрировал недовольство тем, что его загнали в угол и вынудили согласиться с тем, против чего он возражал. Так или иначе в доме стояла полная тишина.
Лена постаралась не шуметь, прикрыла дверь в свою спальню и только после этого включила ночник. Окно ее комнаты выходило частично на пруд, частично на лужайку. Через нее сейчас томный певец тащил свое оборудование к стоянке. Он никуда не торопился, периодически посматривал по сторонам или на небо. У пруда же виднелась фигура с тростью, хорошо освещенная фонариками на противоположном его берегу.
Место казалось романтичным и больше подходящим молодой парочке, но радостный смех девушки раздавался совсем в другой стороне, явно мешая спать другим гостям. Немного посетовав про себя на чужую невоспитанность, девушка залезла в постель. Она перегнулась через бортик, чтобы покопаться в пакете с книгами. Одну она оставила для чтения перед сном. И обнаружила, что книги лежат не в том порядке, каком она оставила их утром.
В домик никто зайти не мог, потому что в нем все время находился Михаил. А во время ужина убиралась горничная. Лена встретила ее при выходе. Можно было предположить, что работница и переставила книги, но ей они, во-первых, не мешали мыть пол, а, во-вторых, пакет достаточно прочный и не позволил бы содержимому перемешаться, даже если его переставить.
Оставался только один человек- Михаил. Выходило, что он зашел в ее комнату и рылся в вещах. Но зачем? Не доверяет? Думает, что она имеет отношение к бандитам? А книги тут при чем? Через них ей передали секретную информацию?
Лену хватило на две минуты, после чего она вылезла из постели и словно фурия понеслась в соседнюю спальню, наплевав на приличия. От ее толчка дверь отлетела в сторону и с грохотом ударилась о стену. Мужчина подскочил у себя на кровати и включил ночник.
- Ты с ума сошла? – рявкнул он.
- Ты зачем копался в моих вещах? Даже не отрицай: никому другому это бы не удалось и вообще на фиг не нужно. Книги лежат иначе.
Михаил устроился поудобнее, подложив под спину подушку. Спал он обнаженным, потому первым в глаза бросилась повязка на боку. Вид она до сих пор имела несколько пугающий, по краям бинт окрасился розовым.
- Не ожидал, что учительница русского языка может быть столь наблюдательной. Я просто искал книгу, не поверишь. Надоел мне телевизор. Но то, что ты читаешь, еще хуже. Одна мелодрама и страдание.
- Серьезно? Ты не попросил книгу, а полез рыться у меня в сумке? – Лена уперла руки в бока.
- Не хотел признаваться,- буркнул в ответ мужчина. – Ты все бы не заметила, однй книгой меньше. Я бы и обратно так же подсунул. Как ты поняла?
Продолжение следует…