Знаете, кто считается первой в России одной из величайших медсестер? Екатерина Бакунина, кузина философа Бакунина и внучатая племянница М.И.Кутузова.
«Кисейная барышня»
Больше, чем сорок лет представительница высокого дворянского круга жила «как все»: выезды, балы, музыка, рисование, домашний театр. А все потому, что ее отец был губернатором Санкт-Петербурга, а мать – писательницей. В общем девушка жила типичной для дворян жизнью. В старости она писала:
Нынешние девицы, посещающие анатомические театры и лекции, назвали бы меня «кисейной барышней». Но мы все были такими. Когда я объявила о решении идти в сестры милосердия, поднялся страшный шум
Кисейная – не кисейная, но характер Екатерины был виден отчетливо. Когда она пришла к знакомому доктору «самой гнусной» больницы, сказав, что хочет посетить перевозочные, т.к. решила ехать на фронт, тот все ей показал и резюмировал: «Поезжайте с Богом! Вы справитесь!».
Кстати говоря, решение о выезде в Крым Екатерина сделала в 40 лет. Однако семья ее стремление помогать раненым не поддержала, настаивая, что без навыков она станет там обузой.
Сестра Крестовоздвиженской общины
До Крымской войны в больницах и госпиталях работали только монахини. План великой княгини Елены Павловны, решившей организовать Крестовоздвиженскую общину для женщин всех сословий, горевших стремлением помочь Отечеству, был довольно дерзок. Но успешен! Естественно, на образованных дам ложилась дополнительная функция – управлять работой сестер, организовывать процесс. Современник писал о Бакуниной:
До сих пор перед глазами ее яркий осязаемый облик. Энергичная, пламенная, с горящими глазами и речами, шагая по грязи в мужицких сапогах, она борется с пьяными смотрителями и нерадивыми унтерами за транспорт для раненых. Учит и поддерживает неопытных сестер. Следит за всей организацией
Кроме того, Екатерина оказывается прирожденной перевязочной сестрой. Неутомимо ассистирует на операциях и ампутациях.
Бывает немного приносят, а кто-то и сам идет, 3-4. А потом вдруг 16, 20 сразу и начинаются трепанации, резекции, ампутации, крики, стоны, но все эти ужасы становятся монотонными и продолжаются не день, два или неделю, а месяцами
Однажды во время очередного штурма сестре Бакуниной довелось ассистировать на 50 операциях подряд, двое суток не отходя от стола. При этом она сохраняла не только самообладание, профессионализм, но и бережное отношение к каждому раненому.
Вот как она сама описывает ожидание штурма в госпитале:
Мы были в готовности с того момента, как наши начали рыть новые траншеи. Но первая ночь прошла спокойно в обширной зале с розовыми пилястрами. Кровати, запасные тюфяки на полу, столики для бумаги, корпии, свечей, бинтов. В одном углу кипящий самовар. В другом – стол с питьем. Все напряженно замерло, как перед грозой. Доктора тут, кто сидит, кто ходит по зале. Сестры ждут. Офицер со смотрителем снуют, распоряжаясь фельдшерами и рабочими. Но вот, вносят носилки, другие, третьи. Весь дом наполнился ранеными. Шум, крик. Настоящий ад!
Духовный конфликт с западным милосердием
Уже после войны, когда стал неоспорим потенциал светских организаций сестер милосердия, Елена Павловна сделала попытку интеграции общины в мировое сообщество. В качестве «эмиссара» Бакунина отправилась в Европу, где ей не понравился западный подход к вопросу:
Чистота выше всяких похвал... Но точно морозом повеяло на меня. Не такими сестрами мы мечтали стать и становились. Нет важного для нас утешения страдающих, ходатайства за них перед всеми, любви, участия, постоянного присутствия правды и совести. Все холодно, формально.
Она оставила общинную деятельность и организовала больницу в окрестностях своего имения. Но когда началась новая турецкая война – снова поехала на передовые позиции, хотя шел ей уже седьмой десяток….
Умерла Екатерина в 1894 г. Проститься с героиней помимо родственников пришли и простые люди. Крестьяне, которым она помогала от чистого сердца, рыдали от горя.
Обида Пирогова
Хирург Пирогов чрезвычайно ценил Екатерину Бакунину, называя ее «образцом неустанного труда и терпения». Восхищался работой наших сестер. И когда позже по миру пошла волна пиара о Флоренс Найтингейл, как о «первой в мире сестре милосердия», писал с горечью:
Должны ли мы терпеть столь явное искажение исторической истины? Ведь мы знаем, что Крестовоздвиженскую общину Государь одобрил октябрем 1854, и уже к ноябрю сестры были на позициях. А о «дамах высокой души» Найтингейл стало известно лишь в 1855.
Ну и почему в России все знают Флоненс Найтингейл - женщину бесспорно выдающуюся – но мало кто слышал о Крестовоздвиженской общине и Екатерине Бакуниной?