Усадив Маришку на место, Дарья взяла программку.
- Хоть прочитаю, что это такой за «Да Притер»!
Открыв на первой попавшейся странице, она прочитала:
- Конкурс имени Изаи – победитель.
- Международный конкурс имени Иоганна Себастьяна Баха – победитель.
- Международный конкурс имени Карла Нильсена – призёр.
- Международный конкурс исполнителей в Женеве – призёр.
- Международный конкурс музыкантов в Сэндае – гран-при.
- Международный конкурс скрипачей имени Анри Марто- дипломант.
- Международный конкурс скрипачей имени Венявского- победитель.
- Международный конкурс скрипачей имени Йозефа Иоахима – победитель.
- Международный конкурс скрипачей имени Леопольда Ауэра - победитель.
- Международный конкурс скрипачей имени Юрия Янкелевича - победитель.
- Международный конкурс скрипачей имени Яши Хейфеца - победитель.
- Международный юношеский конкурс имени Чайковского - победитель.
- Монреальский международный конкурс исполнителей- победитель.
- Конкурс талантов «Синяя птица» - победитель.
- Конкурс скрипачей имени Яна Сибелиуса – призёр.
- Молодец-то парень! – вырвалось у неё. Но вскоре попросили тишины, ей стало неинтересно, и она начала играть в телефон. А между тем, парнишка что-то говорил со сцены о том, что он даёт подобные концерты каждый год, потому что четыре года назад у него умерла бабушка... А Дарья не слушала. В этот момент у Дарьи была переписка с друзьями из клуба. Ей не было дело до скрипача. Ну играет он свою музыку... и что? Опомнилась она только тогда, когда после всех оваций её дочь вдруг крикнула:
-Разрешите! Извините! Я тут сочинила... Витторио Айловско да Питер посвящается!
«Ну что она ещё придумала! Сил моих терпеть её не хватает! Уже и посреди бела дня позорит!» - подумала Дарья и хотела дёрнуть за руку дочь, но её рядом не оказалось. Девочка стояла прямо перед сценой и декламировала:
-... И пусть не ходят его ноги,
Но пусть посудят сами боги,
Что лучший он из скрипачей!
Могу я вас заверить от имени детей!
Он умело играет как Аполлон-бог,
И это Вам не баховский сурок!
Он лучше всех из музыкантов,
Как и его тапёр Валентин Катов.
Спасибо Вам, Витторио Айловско!
Играете Вы легко и просто!
И, если не сложно, хочу попросить
«Реквием» Вас на бис повторить!
- Позорище, позорище! Маленькая бестолковка! Позорище! – шипела Дарья, пробираясь к дочери. Она не взглянула на скрипача, который, наблюдая за ней, улыбался. Он наклонился к Мариночке и подарил три цветка из своего букета. Мать дёрнула дочь за руку и, пробормотав нечленораздельное «спасибо и извините», повела её к выходу.
- По заявкам наших маленьких слушателей! – засмеялся скрипач. – Моцарт «Реквием»! – и музыка полилась нескончаемым потоком.
У дверей Дарья оглянулась и посмотрела на скрипача. Перед ней сидел её сын. И у него есть всё – слава, мзда и почитатели...
***
Дарья украдкой смотрела на Виктора. Валентин скатил инвалидное кресло-коляску за кулисы. А через минуту из-за кулисы вышли трое. Сергей, держащий сына за руку, сын, который шёл неуверенной походкой, и Лена с животом, который указывал на скорое прибавление в семье. Леночка похорошела. Кто бы сейчас сказал, что ей сорок девять лет? Она всё спрашивала, хорошо ли чувствует себя Виктор.
- Мам, всё хорошо! – отнекивался сын. – Врач сказал, что надо после операции ходить специально.
Это слово «мама», оттянутое в небрежной и при этом полной любви манере, резало слух Дарьи. Она смотрела на спину удаляющегося сына, на силуэт бывшего мужа и на округлившийся образ годами ненавистной сестры. Было видно, что эти трое, а может быть, даже четверо – настоящая семья. И они все счастливы.
