В Одессе захотели заменить монумент Екатерине II на памятник порноактеру Билли Херрингтону. Петицию подписали 25 тысяч человек — это значит, что ее рассмотрит президент Украины Владимир Зеленский. Авторы петиции заявили, что хотят исправить «страшную ошибку», которой сочли установку памятника Екатерине II, а также поддержать ЛГБТ-сообщество. Однако историк и политолог Сергей Станкевич в беседе «360» отметил, что такие действия — это историческая месть, которая является символом варварства.
Странное чувство юмора
Петицию зарегистрировали на сайте офиса Зеленского была зарегистрирована 20 мая — менее чем за 2 месяца она набрала 25 тысяч голосов. Этого количества достаточно, чтобы документ рассмотрел президент страны — именно он решит окончательную судьбу монумента российской императрице.
Авторы петиции отметили, что устанавливать памятник Екатерине II в Одессе не нужно было изначально — по их словам, это решение стало «страшной ошибкой».
«Екатерина является дискуссионной исторической личностью, которая своими действиями нанесла большой ущерб украинской государственности и культуре», — сказано в тексте петиции.
На мете монумента предложили поставить памятник американскому актеру Билли Херрингтону: он прославился в 1990-х годах благодаря своим ролям в гей-порно. Актер погиб в 2018 году во время ДТП.
«Предлагается проект памятника, где актер Билли Херрингтон будет сидеть за барной стойкой с бутылкой пива. Таким образом, мы будем в выигрыше сразу по нескольким пунктам», — уточнили авторы петиции.
Они отметили, что памятник Херрингтону позволит Одессе «отказаться от печально известного русского наследия» и заявить, что не считает себя частью русской культуры. Это позволит доказать, что у города есть собственная культура, а также чувство юмора. Кроме того, монумент порноактеру позволит послать четкий сигнал о том, что страна поддерживает ЛГБТ-сообщество.
Авторы петиции назвали еще одну причину заменить памятник — они уверены, что это смешно.
«Все студенты Одесских вузов после получения диплома смогут выпить пива с Билли Херрингтоном. Фигура Билли Херрингтона имеет большое культурное влияние в интернете и появление такого памятника станет очень популярным туристическим аттракционом», — написали они.
«Оскорблять было нечего»
Станкевич назвал эту идею «издевательской и абсурдной». По его мнению, в Одессе не набралось бы 25 тысяч человек, которые могли бы поддержать петицию.
Сергей Станкевич.Екатерина II никаким образом оскорбить украинскую культуру не могла — в тот момент нечего было оскорблять. Город Одесса ей многим обязан. И настоящие одесситы, я уверен, постараются этот монумент отстоять. Утрата его означала бы утрату лица для этого великого города
Историк напомнил, что во времена правления императрицы Украины не существовало, а была гетьманщина. Это предгосударственное образование имело широкую автономию под эгидой Российской империи. Гетьманы поддерживали партнерские отношения с Москвой, пояснил Станкевич.
«Екатерина II отменила гетьманщину, и интегрировала эту территорию в состав Российской империи более плотно, но автономия сохранялась — просто в другой форме. Именно она предоставила украинцам право заселить Кубань в качестве компенсации за ликвидацию Запорожской Сечи. Пытаться переиграть давние исторические споры — это бессмысленно», — уточнил он.
Станкевич отметил, что заменить памятник Екатерины II на монумент американскому порноактеру предложили не просто так.
«Я вижу в этом издевательский кураж, в выборе этой мнимой альтернативы. Мне не понятно, как нормальные люди могут даж обсуждать возможность такой мнимой рокировки», — подчеркнул он.
Символ варварства и беспамятства
Станкевич отметил, что сама императрица и ее сподвижники — такие как Григорий Потемкин — выступали в роли помощников, которые несли будущей Украине прогресс. Они обустраивали эту территорию, заложили города, построили флот. Сохранить памятник Екатерине II означало бы сохранение благодарности. А историческая месть в виде сноса памятника — это символ варварства и беспамятства, культурное преступление против самой Одессы, подытожил Станкевич.
«Более того, пытаться сейчас переиграть какие-то исторические споры, отстающие от нас на столетия — достаточно бессмысленное занятие», — заключил он.