Понятие "харизма", которое Макс Вебер заимствовал у Рудольфа Сома и историков религий, оказывается особенно пригодным для анализа власти в модернизирующихся политических системах «третьего мира». В этих обществах с низким уровнем "культурной секуляризации" политические позиции еще широко обусловлены эмоциональными факторами, что создает благоприятную почву для "харизмы", которую Макс Вебер определяет как исключительность, как "дар благодати", как "обаяние", которое ставит того, кто ею обладает, в особое положение в отношениях с обычными людьми и которое заставляет относиться к нему, как к лидеру, вождю.
Преданность народа относится исключительно к личным качествам такого харизматического вождя. Этим вождям подчиняются не в силу обычая или закона, а потому, что в них верят".
Макс Вебер рассматривал харизму в сущности как временное, преходящее явление, создающее условия либо для традиционной власти, либо для институционной власти. На практике альтернатива выглядит следующим образом. Либо харизма создает новую традицию /как, например, Бонапарт основал династию или традицию, к которой причислял себя Наполеон III/, либо становится "рациональной", создаёт безликие законы и методы, институционализируя передачу и отправление власти /например, Шарль де Голль провел реформу президентских выборов всеобщим тайным голосованием, то есть создал легально обоснованную, обезличенную правовую процедуру назначения своего преемника/.
Роже-Жерар Шварценберг. Политическая социология. 1992.