Тотьма прошлого — один из богатейших и наиболее значимых городов Русского царства. Тогда местные купцы вываривали соль и снаряжали промысловые экспедиции за Урал: в Сибирь, к Алеутским островам, наконец в Калифорнию. Тотьма наших дней — «город зелёный и тихий», как описывал его ещё полвека назад поэт Николай Рубцов: эдакая отрадно заброшенная глухая провинция, так и не выветрившая за прошедшее время своего былого купеческого лоска, немного обшарпанная, отчего ещё более лиричная. Сюда можно приезжать в творческий отпуск: бродить по старинным улицам, тихо грустить, глядя на зеркальные воды Сухоны, и созидать, созидать, созидать...
Тотьму невозможно перепутать ни с одним другим местом в мире. У этого города — есть своя ДНК: здесь даже цвет у церковных крыш — особенный, яркий, непохожий ни на что другое. Тотьма — самобытна. Недаром оказавшись здесь впервые два с половиной года назад я сходу обозначил её просто и ёмко — «город с лицом». Приехав сюда вновь, я не без удовольствия заметил, что Тотьма расцвела. И пока другие древние центры Русского Севера, такие как Каргополь или Сольвычегодск, в последние годы лишь чахнут, этот раскинувшийся на высоком берегу Сухоны город хорошеет день ото дня. Тотьма образца 2021 года — город, который смог. Смог несмотря ни на что стать лучше, человечнее, занимательнее.
В Тотьму мы въехали в неспешно сгущающихся северных сумерках.
В двух шагах от гостиницы высится одна из городских архитектурных доминант — Входоиерусалимская церковь. В наши дни её здание занимает Музей мореходов, а на колокольне расположена одна из двух городских высотных смотровых площадок.
Подробно рассказывать про тотемские церкви и монастыри с занимающими их музейными экспозициями я сегодня не буду — всё это было описано мной ещё пару лет назад (если не видели — то рекомендую: «Город с лицом или Что посмотреть в Тотьме»). Сейчас же мне хочется заострить своё внимание на эмоциях, которые вызывает этот древний город.
Не понимаю, как я пропустил это, но за последние несколько лет в России незаметно выросло новое поколение музейных работников — молодых, амбициозных и деятельных, каждый из которых по отдельности умудряется делать для сохранения истории нашей страны больше чем все федеральные чиновники вместе взятые. И если совсем недавно было ощущение, что всё пропало, а государственные музеи сплошь ассоциировались лишь со старшим поколением, занафталиненым не меньше чем хранимые им и десятилетиями не обновляющиеся пыльные краеведческие экспозиции, то теперь всё чаще руководство в свои руки берут мои ровесники, у которых хватает задора не только заниматься своими прямыми рабочими обязанностями, но и параллельно развивать кучу сопутствующих проектов. В Тотьме это — Алексей Новосёлов, директор местного музейного объединения, в значительной мере благодаря работе которого город преображается буквально на глазах.
За счет грантов здесь выкупаются и реставрируются старинные купеческие особняки, создаются творческие пространства, проводятся археологические раскопки, появляются новые и новые городские достопримечательности.
Вот вроде бы такая мелочь — туристический буклет с краткими информационными выдержками о городе, такой сейчас можно бесплатно взять в любой тотемской гостинице. Обычный лист А4, сложенный втрое, на котором однако размещена вся важная туристическая информация, причём не какие-то вызывающие тошноту исторические факты, а именно самый сок — смотровые площадки, традиционные блюда, сувениры, и отдельным пунктом — погружение в городскую атмосферу. Это прекрасно: можно смело брать за образец и внедрять во всех малых городах России (ну разве что визуал немного причесать, хотя это уже — мелочь; ведь главное — наполнение, а оно здесь — на твёрдую пятёрку)!
Изображённая на обложке буклета чернобурка — отсылка к гербу, дарованному в 1785 году Екатериной II «в знак того, что жители сего города в ловле сих зверей упражняются».
Через Тотьму протекает река с забавным для русского слуха названием Пёсья-Деньга. Вы обязательно пересечёте её, если решите попасть в городской центр со стороны Зелены (так местные называют Зеленскую рыбачью слободу, один из районов города). Название этой реки не имеет никакого отношения ни к собакам, ни к валютам, и происходит от финно-угорского Пёсь-Еденьга, что вроде бы означает «песчаную реку» (хотя это не точно).
Сам ойконим Тотьма — тоже имеет финно-угорские корни, и вероятнее всего основан на словах «тод» — сырое место, заросшее кустарником и ёлками, и «ма» — земля (похожее происхождение имеют и другие ныне считающиеся русскими астионимы, заканчивающиеся на «ма», — Кострома, Кинешма, Чухлома, Клязьма и прочие).
С Тотьмой связано несколько исторических легенд. Первая из них объясняет название города: мол Пётр I в свой первый приезд сюда обронил: «То — не город, то — тьма», отсюда и пошла «Тотьма». Вторая — относится к упоминавшейся мной чуть выше речке Пёсья-Деньге (или как это название правильно склоняется?), будто у Ивана Грозного упали в неё деньги, которыми тот хотел отблагодарить тотьмичей, вытащивших увязшую в грязи царскую карету, а те ответили ему: «Да и пёс с ней, с деньгой-то».
Вообще, в России — просто какое-то невероятное количество топонимических легенд. В одних фигурирует Иван Грозный, в других — Екатерина II, но рекордсмен по упоминаниям — конечно же Пётр I. Именно с ним, например, связаны легенды о происхождении названий Вытегры (от похвалы в адрес трудолюбивых вытегорцев — «Вы — тигры!»), Сомино (от возгласа «Ну и сомина!» после удачной рыбалки) и Соломбалы (от разочарованного в результате ссоры с одной из своих фавориток возгласа «Ах! Солон мне этот бал»)...
В нашем путешествии в Коми мы решили не отставать от родного народа, и для всех встречавшихся на пути топонимов придумывали свои истории. Так родилась легенда про происхождение названия реки Сухоны:
Искал Пётр I как-то брод через реку. Встретив местного крестьянина, он спросил у него:
— Здесь сухо?
— Сухо, на... — ответил сельский житель.
С тех пор река так и называется.
Если же отбросить шутки, то и Иван Грозный, и Пётр I в Тотьме несомненно бывали. Интересно, что со времён последнего и до настоящего дня ни один из российских правителей в этот город больше не приезжал.
Тотемские кварталы — более-менее однородны. Современная застройка если и встречается, то выглядит вполне органично. Да что уж, в Тотьме даже заборы из уродливого профлиста не вызывают явного отвращения — ну есть и есть.
На тихих улицах скромно прячутся деревянные шедевры.
Большая их часть, к сожалению, находится в плачевном состоянии. И если срочно не принять мер — все они в течение ближайшего десятилетия окажутся безвозвратно утеряны.
Посмотрите только, какое шикарное окно. По мне — так ничуть не хуже какого-нибудь томарского.
Торговая площадь.
Столетние купеческие особняки.
Бизнес-центр.
Тотьма — один из самых северных городов, где повсеместно встречаются изысканные резные наличники. Далее и до самого Белого моря деревянное зодчество — заметно лаконичней.
Таблички со старинными названиями улиц устанавливаются за счёт грантов. Спонсор банкета — благотворительный фонд Елены и Геннадия Тимченко.
Старые особняки неожиданно сменяются советскими многоквартирниками из силикатного кирпича. Обратите внимание на сохранившуюся на некоторых лоджиях оригинальную изысканную расстекловку. Ну чудо же!
Автомат с артезианской водой. Да, Тотьма — один из тех городов, где центральный водопровод находится запущенном состонии.
Типовой для Тотьмы фронтон частного дома, своей формой отсылающий к луковичным куполам русских храмов.
Типовая изба. Обратите внимание на простое, но очень милое окно в горнице.
Совершенно нетипичный кирпичный новодел. Обратите внимание на искусные резные наличники на окнах.
Через центральную часть города тянутся трубы от котельной: многие деревянные дома подключены к центральному отоплению. На фото — старая мощёная дорога, спускающаяся из города к берегу Сухоны.
Старейшее гражданское здание Тотьмы — каменная усадьба купца Фёдора Холодилова. Почти сорок лет он снаряжал промысловые экспедиции к Командорским, Алеутским и Андреяновским островам, на чём сколотил себе баснословное состояние, часть которого была потрачена на строительство шикарного дома в родном городе.
Долгое время в этом здании располагались структуры МВД — дежурная часть, вытрезвитель и следственный изолятор.
Сейчас они съехали, и в этом году планируется передача усадьбы Тотемскому музейному объединению, которое планирует перенести сюда из Входоиерусалимской церкви экспозицию Музея мореходов. Освободившееся же церковное помещение будет передано Русской православной церкви — эдакий круговорот недвижимости по-тотемски.
Вообще, говоря о музеях, только государственных в Тотьме — аж целых пять штук. И если исходить из численности населения — менее десяти тысяч человек — окажется что их концентрация здесь чуть ли не в десять раз выше чем в Санкт-Петербурге.
Минутка лингвистики. Всё что имеет отношение к Тотьме называется не «тотьминским», а «тотемским», с ударением на первый слог: то́темское барокко, то́темская музыкальная школа, то́темский лимонад. Есть из этого правила и исключение: местные жители называют себя тотьмича́ми.
Семейное фото на память.
Прошлой осенью при активном участии Тотемского музейного объединения состоялось открытие новой городской набережной. Проект её реновации под названием «В Тотьме каждый — путешественник», разработанный российско-французской архитектурной студией Orchestra, стал победителем всероссийского конкурса малых городов и исторических поселений в 2019 году, и всего год спустя оказался реализован на средства одного из федеральных грантов.
Один из участков новой набережной — «амфитеатр» с видом на Сухону.
На металлических табличках «амфитеатра» — познавательная информация о тихоокеанских экспедициях тотьмичей. Я с удовольствием все их прочитал, узнав много нового: например, именно тотемские мореходы впервые нарисовали карту Алеутских островов.
Вообще, это — очень круто! Надеюсь, что это место станет любимо местной ребятнёй, которая нет-нет да и узнает что-то новое про свой родной город.
По центру новой набережной установлены лавочки в виде кнехт, положение которых повторяет маршрут путешествия тотьмича Ивана Кускова, основателя и коменданта Форта-Росс в Калифорнии. Здесь можно узнать, что из Тотьмы он сначала отправился в Пермь, оттуда — в Екатеринбург, далее — через Верхотурье, Тобольск, Томск, Иркутск и Якутск достиг Охотска, откуда перебрался сначала в Новоархангельск (ныне — город Ситка в Аляске), после чего начал спускаться вдоль берегов Америки на юг, пока не достиг Северной Калифорнии. Там им в 1812 году была основана крепость Форт-Росс, ставшая самым южным поселением Российско-Американской компании. Укрепление просуществовало 29 лет, после чего было продано американскому предпринимателю Джону Саттеру.
Кстати, потомки калифорнийских индейцев до сих пор вспоминают тотемских купцов, и в знак благодарности за оказанную им двести лет назад защиту раз в два года приезжают в Тотьму.
Моё заключение: новая тотемская набережная — потрясающе уютна.
Такую не стыдно было б разместить даже в Санкт-Петербурге или в Москве. Ну а для маленькой провинциальной Тотьмы это — вообще огромный шаг вперёд!
Красота!
Тотьма не всегда располагалась на том месте, что и сейчас: считается что поселение «переезжало» как минимум трижды. Старейшее упоминание погоста Тошма встречается в церковном уставе князя Святослава Ольговича, датированном 1137 годом, в числе примерно двух десятков новгородских погостов «за волоком», из чего следует простой вывод: Тотьма — как минимум на десять лет старше Москвы. Однако местоположение того самого погоста современным историкам неизвестно — споры о нём идут уже не одно десятилетие. В XV веке, когда в паре километров к северу от современной Тотьмы были открыты солеварные промыслы, поселение «переехало» туда. В середине XVI века Тотьма оказалась разорена казанскими татарами, после ухода которых на высоком берегу Сухоны началось возведение ещё одного поселения — деревянного острога, вокруг которого со временем разросся посад, в последующем ставший ядром современного города.
Место, где некогда располагалось городище, ныне известно как Соборная гора. Укрепление на ней разобрали ещё в XVIII веке за ненадобностью, и сегодня о его существовании напоминает лишь окружающий её территорию крепостной ров.
На Соборной горе стоит здание, некогда выполнявшее роль главной тотемской архитектурной доминанты, — Богоявленский собор. В советские времена ему срезали купола, после чего переоборудовали сначала под кинотеатр «Октябрь», а потом — под городской культурный центр, который располагается под его сводами и поныне.
Внешний вид здания недвусмысленно указывает, в каком месте в нашей стране находится культура. Тем удивительнее наблюдать все метаморфозы, происходящие с культурной жизнью Тотьмы в последние годы.
Кроме всего прочего, Тотьма — древнейший на Руси центр глубинного солеварения. Это кажется невероятным, но уже в XV веке солевой раствор здесь извлекали из земли с помощью специальных выдолбленных в цельных стволах деревьев рассолоподъёмных труб, уходивших иной раз на глубину свыше ста метров.
В Российском государственном архиве древних актов хранится документ за авторством тотьмича Семёна Саблина — «Роспись о том, как зачать делать новыя трубы на новом месте», по сути — подробное техническое описание последовательности работ по сооружению скважины, выбору её места и пуску труб в эксплуатацию. Интересно, что в этом документе содержится аж 128 технических терминов, многие из которых употребляются в буровой практике и в наши дни.
Место, где в течение нескольких веков производилась соль, ныне известно как деревня Варницы. В последние годы здесь (вновь при участии Тотемского музейного объединения и опять же на грантовые средства) реализуется проект «Труба зовёт!», в рамках которого проводятся археологические исследования и работы по благоустройству окружающей территории. Теперь там где когда-то дымились соляные варницы и размещались мастерские по производству рассолоподъёмных труб вперемешку с амбарами, кузницами и жилыми домами солеваров, устроен туристический маршрут «Старое Усолье».
Когда в Тотьме была выварена первая соль — неизвестно. Интересней другое: деревянные рассолоподъёмные трубы, использовавшиеся тотьмичами ещё полтысячи лет назад, до сих пор установлены на своих исторических местах — вдоль берегов реки Ковды, между устьями рек Ляпунихи и Солонухи.
В этом году специалистами Российской академии наук было проведено исследование одной из скважин, и древесина, из которой её срубили, оказалась датирована 1506 либо 1507 годом. Вы только представьте — любая из каменных тотемских церквей моложе этой трубы как минимум на полтора столетия!
Добыча соли в Тотьме продолжалась вплоть до конца XIX века, а также возобновлялась местными жителями в годы Первой и Второй мировых войн.
В данный момент маршрут «Старое Усолье» охватывает несколько старых скважин. Одна из них — Суморинская — расположена прямо под современным автомобильным мостом.
Её особенность — наличие сваек, торцами стоящих вокруг трубы брёвнышек. Когда-то ими был укреплён берег реки Ковды.
Помню, два года назад я впервые увидел такие же выдолбленные в стволах деревьев колодцы в Верхней Уфтюге. Тогда они привели меня в лютый восторг — ничего подобного я ни до, ни после нигде на Русском Севере не встречал. А тут оказалось, что в Тотьме не просто есть соляные скважины, созданные по такой же технологии чёрт те знает сколько лет назад, но они ещё и действуют до сих пор. Фантастика!
Другая сохранившаяся рассолоподъёмная труба — Саблинская, названная музейщиками в честь того самого Семёна Саблина, автора технической инструкции по сооружению соляных скважин.
Двухколонная скважина — состоящая сразу из двух труб, внешней и внутренней. В "Росписи о том, как зачать делать новыя трубы на новом месте» обе трубы имеют свои названия, более широкая называется — «обсадной» или «матицей», более узкая — «веслой».
Местные жители рассказывают, что не так давно здесь сохранялись и трёхколонные скважины, состоявшие из одной матицы и двух веслых труб, вставленных одна в другую, но пока археологам найти подобные экземпляры не удалось.
Курортная скважина — одна из наиболее долго использовавшихся. Вода из неё применялась для нужд Тотемского солелечебного курорта ещё в 70-х годах XX века. В то время над скавжиной был возведён деревянный бювет.
По цвету воды в трубе хорошо заметно, что концентрация соли в ней — до сих пор довольно высока, хоть сейчас вываривай.
В следующий раз расскажу вам про затерянное среди вологодских лесов языческое святилище XV века.
Не переключайтесь!