При упоминании слова «цирк» я вспоминаю высказывание на латыни: Panem et circenses и фразу, приписываемую Ленину во время его разговора с Луначарским: «Пока народ безграмотен, из всех искусств для нас важнейшими являются кино и цирк»! Во время посещения Рима я просто не смог упустить возможности пройтись по раскалённому от жары вытянутому пространству под названием Circo Massimo, где прикоснулся к древним камням, свидетелям больших зрелищ.
В детстве мне довелось обучаться в цирковой студии и даже выступать на большой сцене Дворца культуры. Это были несложные трюки, демонстрирующие физическую ловкость и гибкость. Руководила всем этим делом известный работник культуры Тольятти – Семенова Людмила Александровна. Во время всевозможных тренировок и растяжек мы иногда наблюдали за репетициями молодых клоунов. Обливаясь потом, они пытались изобразить старинное клоунское антре: «Пчелка, дай мне меду!».
Эта буффонада запомнилась мне чрезвычайно ярко. Подсознание оставило эти воспоминания как ресурс, к которому стоит иногда обращаться. В клоунаде обязательно должен быть конфликт между нарядным и самоуверенным белым клоуном и неловким, нелепым рыжим клоуном. Генеральные репетиции и выступления проходили в большом зале Дворца культуры и техники. Я это упомянул неслучайно.
Спустя огромное количество времени меня позвали сходить в цирк. Я не воспринял это с большим энтузиазмом, но и отказываться не стал. Это был небольшой гастролирующий цирк шапито с дрессированными животными. Мое место располагалось в самом неприметном углу цирка – у входа на верхнем ярусе. Настил пола местами качался и угрожающе проваливался, поднимая пыль. Душный воздух и запах сладкой ваты – словно предвестники летней грозы стелились по рядам прибывающей публики. Дети с большой охотой скупали мигающие изделия, а их бабушки и мамы активно настраивали их на долгое двухчасовое представление.
И вот пошли по кругу комично подстриженные собаки. После серии номеров с акробатами и эквилибристами за работу взялся клоун Юрик. На арене возникла какая-то пауза и началась суета. Из-за кулис появился помощник клоуна с небольшими пластмассовыми стульями. И вот клоун выхватывает один стул и начинает осматривать ряды зрителей. Я сидел на лавке расслаблено и старался не отсвечивать, сливаясь с шатром цирка. Вдруг клоун быстро направился в мою сторону указывая рукой. Из меня вырвалось: «нееет». Я сразу вспомнил знаменитую сцену из фильма «Всегда говори да»: «есть одно слово, которое способно изменить сознание. И это слово «да»!». Если маленькая кочка не идет к клоуну, клоун сам идет к маленькой кочке. Стремительно ускоряясь, клоун Юрик стал приближаться ко мне. Пару движений и вот он уже предлагает отправиться на заклание – в этот адский цирковой круг. Если не срабатывает – «бей, беги или замри», остается просто отдаться этому потоку событий, что я и сделал.
Четыре мужчины были отобраны по принципу физического состояния, способного провернуть трюк. Сначала это была дрессировка на исполнение команд клоуна, нужно было повторять движения за Юриком, все исполнили свои команды по очереди. Потом были выстроены особым образом стулья, на которых мы все и расположились. Зазвучала трансовая музыка из телепередач 90-х годов, напомнило «Очевидное - невероятное», освещение стало каким-то кислотным, потусторонним, но при этом спокойным и умиротворяющим. Из генератора дыма повалил туман. Юрик перед моими глазами сделал короткое движение кистью руки со словами: «спать». В последние месяцы я прочитывал очень интересную книгу о гипнозе и в этот момент я подумал, не пригласил ли я в свою жизнь феномен гипноза этим чтением. Почему именно со мной сейчас будут проводить каталептический мост еще и в составе четырех человек? Я могу сказать точно, что феномены измененного сознания я почувствовал в первые секунды, когда туловище опустилось на колени соседа. Легкое трансовое состояние быстро перешло под контроль. Но и нескольких секунд достаточно, чтобы отрефлексировать это погружение в преисподнюю, реликтовый мир подсознания. Когда вы говорите чему-то «да», вы хватаетесь за возможность. Мне выпал шанс убедиться в контролирующей работе собственного эго и слегка соприкоснуться с подсознанием, конструирующим реальность. Четыре человека лежали на коленях друг друга. Когда были убраны эти стулья, фигура продолжала стоять за счет физических усилий. Потом была дана команда взяться за руки и поднять их вверх, потом опустить. Клоун даже запрыгнул на эту застывшую фигуру, которая на удивление была стабильной. И вот все повалились на материю, предназначенную для катания на пузе морских животных. Мы встали и начали отвешивать поклоны в каком-то замешательстве. Клоун сказал какие-то фразы, напоминающие приглашение к выходу из транса, и участники пошли к своим местам, опаляемы софитом, повторяя: «Суди его Бог!».