Я ухожу. Мне пора.
Я ухожу. Не держи.
Я ухожу. Навсегда.
Так надо, так лучше, прости.
Я ухожу. Это ложь,
Что я не умею любить.
Ты тоже это поймешь,
Поэтому нужно спешить.
Я ухожу, пусть не ждут
За поворотом меня.
Не мы выбираем пути,
Но нам их идти до конца.
Я ухожу. Бьют часы.
Времени нет на слова.
Поэтому просто смотри,
Как я ухожу навсегда.
👉Она сидела за большим красивым столом в ресторане с пафосным названием Brilliant House и думала, что из «бриллиант» в этом заведении только дверные ручки и огромная колонна посреди зала. Все остальное было black and white. На сайте у заведения был хороший рейтинг, куча восторженных отзывов, изысканное меню и средний счет, рассчитанный на состоятельного клиента.
Маруся, напротив, не была состоятельной и изысканной и такие заведения посещала редко, но сегодня был особенный день, и ей хотелось чего-то особенного.
Большой круглый стол был рассчитан на большую компанию, человек восемь — десять. И откуда у людей столько знакомых, которых в свой особенный день хотелось бы видеть за одним столом? Она не понимала. Восемь душ, с которыми хотелось бы разговаривать минимум час, смотреть в их глаза, слушать их точку зрения, слышать их голоса, возможно, иногда смеяться над шутками и при этом получать удовольствие от общения. Многое произошло в ее жизни за последние тридцать семь лет, но такого Маруся припомнить не могла. За столами, за которыми ей довелось посидеть, как правило, все было одинаково, а потому очень скучно. Замужние дамы, как правило, подшучивали над своими мужьями, а те в ответ припоминали им воскресный пятичасовой шопинг. Те, что пришли в одиночку, усиленно делали вид, что они успешны и тотально независимы, производя впечатление раненых зебр: они неслись вперед по саванне, чтобы никому и в голову не пришло, что их внутренности давно волочатся вслед за ними, оставляя кровавый след на выжженной траве. Дети, как обычно, вели себя слишком шумно, а пожилые слишком тихо, изредка вставляя свои комментарии и вспоминая то Сталина, то Черчилля, то Путина, то даже Киркорова.
— Вы готовы сделать заказ? — прощебетал над ее ухом вышколенный официант.
— Устрицы вот под этим труднопроизносимым соусом и просекко. Да, и газированную воду, пожалуйста.
Brilliant-официант упорхал исполнять ее нескромный заказ, оставив за собой шлейф приятного аромата. Он пах то ли свежим красным перцем, то ли базиликом, она не разобрала.
В зале заиграла музыка. Спокойная мелодия без слов. «Особенная музыка», — подумала Маруся и сняла пиджак.
В этот особенный день на ней было шикарное шифоновое платье, платье мечты — она так называла платья, которые ей доставались большим трудом, месяцами поисков и ожиданий, сотнями примерок и фразами: «К сожалению, вашего размера нет». Платье приятно обволакивало ноги, а разрез, который сейчас могли наблюдать только ножки красивого круглого стола, добавлял ее глазам искорку невероятной сексуальной энергии (она помнила это со времен тренингов и никогда не забывала использовать это в жизни).
— Здравствуйте, леди! — напротив нее неожиданно появился красивый безупречно одетый мужчина с красивой улыбкой на лице.
— Привет, — Маруся улыбнулась и помахала ему рукой.
— Я принц. Твой принц, — его голос разливался по залу ресторана и сливался со звуками игравшей мелодии. — Кажется, обо мне ты мечтала все свое детство, и юность, и долгое время потом. Ты помнишь меня? — защебетал роскошный мужчина напротив.
Маруся молчала, не переставая улыбаться. Момент для молчаливой улыбки был самый-самый.
— Сначала я появлялся на роскошном андалузском скакуне, в кованых доспехах и с оружием в руках, там были и кольчуги, и бойницы, помнишь? Я спасал тебя от жестоких злодеев и страшных чудовищ, расколдовывал тебя фантастическим зельем и приводил в чувство самым сладким поцелуем, носил на руках, закутывая в лепестки роз, поил из своих ладоней и на крыльях любви забирал с собой в свой красивый старинный замок посреди цветущей долины.
Потом, кажется, в классе пятом, я переоделся и разоружился, и стал походить на смазливого Луис Альберто или Лукаса Ферраса. Ты страдала, от тебя отворачивались родственники и друзья, над тобой смеялись одноклассницы, но, несмотря ни на что, мы были вместе, преодолевая сложности и преграды.
Став старше, ты посвящала мне песни и стихи, грустные и очень грустные. Дневник пестрел сердечками и цитатами про сердечки, нижний ящик стола был доверху забит неотправленными письмами и открытками. Ты не переставала мечтать обо мне. Никогда.
Кажется, ближе к твоему выпускному из горячего бразильца (или мексиканца, я уже не помню точно) я превращался друг за другом то в смазливого Ди Каприо, то в брутального Стивена Сигала, то в невероятного Каттани из «Спрута». Тут уже я отрывался в своих суперспособностях по полной: на одном корабле с тобой я пересекал Атлантику, мы прыгали вместе в ледяную воду, я проникал на танкеры и авианосцы, я спасал тебя из рук шантажистов и бандитов, перевязывал твои раны и отогревал тебя на своей груди холодными апрельскими ночами. Редкими спокойными вечерами мы вместе гуляли по ночным улочкам шумных мегаполисов, бродили по широким пляжам, зачерпывая ногой прибой, пили кофе в самых невероятных местах этой Вселенной.
Ты всегда была невероятно нежна и чувственна, грациозна и очень красива. Тебя не хотелось отпускать от себя ни на минуту, потому что, едва теряя тебя из виду, я терял себя...
🕊Продолжение обязательно следует🕊
Книгу можно купить на сайтах Ozon, Wildberries, Ridero и Litres
Всем отличного дня и свободы!
Елизавета Баюшева