Когда камня коснется луч первой звёзды, не ходи в черный лес, коль не хочешь беды. Не ищи мертвый дом, не стучись в его дверь, не буди лихо лютое скрипом петель. Я прождал три столетья, захлопнут капкан: закружил, стёр пути, обманул туман, и развесил огни над болотом морок — ты ступила ко мне на порог. Щедро тек меж речами медовый хмель, дорогими шелками стелил я постель. Розмарин и чабрец — сладко тлела трава. Ты нагая на ложе мое возлегла. Ночь истает, раскроет пологи рассвет. Дом в лесу, не понять, то ли был, то ли нет. Только ветра унылая тризна слышна. Засыпала со мной, а очнулась одна. То ли сон, то ли явь, наяву иль во сне... А жених твой в далёкой сейчас стороне, и ему одному ты клялась быть верна в ночах, только сердце украла луна в колдовских очах. Только сердце сжимала тревога в тиски, и рождался звериный вой от тоски, и душили признанья слова страх и стыд — тут родная сестра не поймет, ни простит. Округлялась луна, возвещала волшебный час, в шкуру волчью ли, рысью ли о