В большом и знаменитом городе жила одна богатая пара. Оба они имели свой бизнес. И, настолько всегда были заняты по работе, что им просто некогда было заниматься дочкой. Когда они встречались дома, то обычно смотрели телевизор или каждый – в свой телефон.
И, на все прогулки, их маленькой девочке приходилось ходить с гувернанткой. Однажды дочь честно спросила: «А зачем вы меня родили, если вам некогда заниматься ребёнком? Кроме заработка денег, вас ничего не интересует». Они уставились на неё.
Пятилетняя кроха сумела на миг «достучаться к ним». Отец поднял голову от подушки. Посмотрел внимательно и улыбнулся: «Понимаешь, Милли, мне кажется, что у нас ещё будет время для общения, когда ты вырастешь. А пока займись своим делом, малышка».
Мать только сурово посмотрела из-за крышки ноутбука и пискливо прокричала в глубину комнат: «Луиза, возьми девчушку, и отправляйтесь на аттракционы в торговый центр. Вам хватит часов шести, чтобы развеяться и от нас отдохнуть». Увы! Им пришлось туда ехать.
Шло время. Десятилетняя Милли попала в больницу. Ей даже сделали операцию. А когда она очнулась в палате, то увидела склонённое лицо Луизы. Оно было печально. У гувернантки позвонил телефон и она сразу ответила. Потом передала трубку.
Знакомый женский голос уже сильно тараторил: «Привет, девочка моя! Извини, мы знаем, что у тебя неприятности. Но мы сейчас в Европе. Бизнес держит. Поэтому, дали Луизе деньги на все твои нужды. Не волнуйся – больницу мы уже оплатили. Поверь, всё будет хорошо».
Прошло десять лет. Милли, за рулём, ехала по своим студенческим делам. В соседний город. И Луиза попросила захватить её, чтобы проведать родственников. Уже стали видны контуры высоток в центре мегаполиса. Но что это? Ужас!
Громадный трейлер, который их обогнал минуту назад, вильнул прицепом и перекрыл весь автобан. Шансов затормозить или уйти в сторону уже не было. Милли успела прокричать: «Луиза – ноги на сиденье. И – в комок». Последнее, что она могла ещё сделать – подставить свою сторону под удар. Всё!
Милли почувствовала страшную боль, кромешную темноту, а потом – непередаваемое блаженство. Иногда, издалека, до неё доносились очень тихие слова: «Господи! Как, после этого, она ещё осталась жива?». А потом она услышала приятный грудной мужской голос. «Ладно. Всё сделаю, чтобы она жила». И в голове стала пульсировать строчка - «Жила».
Как и раньше, появился Ангел: «Я снова здесь. Как всегда, когда тебе было плохо. Ты помнишь всё?». Он нежно нёс её на руках по кромке линии прибоя. Улыбался и говорил: «Милли, как много добра ты успела сделать людям? Многие из них хотят тебе помочь.
Помнишь, всех тех, кого ты спасла от голода и поделилась последними деньгами? А кого ты вывозила на надувной моторке во время наводнения? А кого, ты помогала доставать, из под завалов рухнувших хибар в пригороде, во время землетрясения? Они помнят добро.
Они всё узнали о тебе из ленты новостей. А теперь все срочно звонят на номер Луизы, чтобы помочь, чем смогут. Извини, только родители твои в путешествии по Австралии. И ничего не знают о такой большой беде. Но тебе - не привыкать. Радуйся, что тебя спасает будущий муж. И я ему помогу. А потом – «пришлю и двух деток: мальчика и девочку»».
В ушах Милли звучала приятная музыка. Знакомый пленительный вальс Мендельсона. Божественные звуки - для невест со всего мира. И слышны были слова: «Доктор, а она всё ещё не просыпается. Что с ней не так? Точно будет жить? А?».
Приятный голос снова «вплыл» в её сознание. «Точно. Сейчас сделаю самый волшебный тест реанимации». И Милли почувствовала терпкую сладость мужских губ. И шёпот Ангела: «Всё, Милли! Открывай глаза и давай знакомиться. Он уже рядом. Я передаю тебя в его сильные руки».
