«На верхних нарах места занимали рецидивисты» — это отрывок из книги Карла Штайнера «7000 дней в ГУЛАГе». О лагерных правилах автор знал не понаслышке: он провел за колючей проволокой около 17 лет. Ему вторят и другие бывшие заключенные, и историки: действительно «верхотура» считалась среди зэков «элитным» спальным местом.
Как отмечает в издании «Тюрьмы и колонии России», Валерий Абрамкин, так называемые блатные находятся на самой высокой ступени тюремной иерархии. По словам Абрамкина, к блатным прежде всего относятся профессиональные преступники. Однако в сталинские времена наличие нескольких судимостей не давало право заключенному считать себя представителем данной касты. Так, тот, кто отслужил в армии, блатным не мог стать по сути. Кроме того, претендент на такой статус не должен был на воле трудиться в сфере обслуживания (таксистом, официантом и т.п.). А в зоне блатные вообще на работу не выходили.
Блатные имели и другие привилегии: например, они могли оставлять себе из общака все, что сочтут нужным. Вообще именно в руках блатных сосредотачивалась вся власть за решеткой. И уж, конечно, представители этой касты являлись антагонистами осужденных по политическим статьям. Как утверждает Антон Антонов-Овсеенко, автор книги «Враги народа», по аналогии с «врагами народа», которыми обычно называли политических заключенных, блатных величали «друзьями народа». Большинство профессиональных преступников дорожили этим «титулом», но и от своей власти не отказывались.
Именно благодаря своей принадлежности к высшей касте и власти блатные всегда занимали самые «элитные» спальные места в тюремных камерах и лагерных бараках. Таковыми считались верхние нары или «верхотура» (Жак Росси «Справочник по ГУЛАГу»). Подобное положение вещей в системе ГУЛАГ описывали в своих мемуарах многие бывшие заключенные. Уже упомянутый в начале статьи Карл Штайнер писал: «На верхних нарах места занимали рецидивисты, так называемые «блатные», на нижних нарах – политические, которых называли «фраерами»».
Блатные предпочитали располагаться именно на верхних нарах по нескольким причинам. В первую очередь «обладатели» верхотуры не страдали от сыплющегося на них сверху мусора и льющихся помоев. Об этом в частности упоминает в своем «Справочнике по ГУЛАГу» и Жак Росси. Аналогичной точки зрения придерживается и журналистка Энн Эпплбаум, которая за свою книгу «ГУЛАГ» была удостоена Пулитцеровской премии. Эпплбаум пишет о том, что с верхних нар зэки выливали воду, помои, вчерашнюю баланду. То же самое делали и «хозяева» нижних нар, поэтому тяжелее всего приходилось «колхозному сектору», то есть тем, кто спал на полу.
Но самым главным достоинством верхних нар считался «климат»: на «верхотуре» всегда было теплее, чем внизу. Это подтверждал на страницах своих произведений и писатель Варлам Шаламов, который провел не один год в сталинских лагерях. Например, в книге «Тифозный карантин» Шаламов описывает барак, в котором заключенные, лежащие на верхних нарах, были раздеты до пояса от жары, а те, которые находились на нижних «этажах», спали в телогрейках, бушлатах и даже шапках. Да и историк Виктор Бердинских, автор издания «История одного лагеря (Вятлаг)» пишет о том, что верхние нары считались «центровыми» местами именно из-за того, что на них было теплее спать.
Кроме того, Сергей Герман в своей книге «Внутрилагерная война между «идейными» и «отколовшимися» ворами в период 1947-1953 гг.» отмечает, что на «верхотуре» было гораздо просторнее, чем на нижних нарах. Пишет об этом достоинстве верхних нар и Энн Эпплбаум. Однако самым «элитным» местом в бараке являлись не просто верхние нары, а те, что находились в углу помещения. По крайней мере, так утверждает Виктор Бердинских. По словам историка, лучшим это спальное место считалось, помимо перечисленных причин, благодаря тому, что рядом с заключенным, который его занимал, не было соседа.