Тихон ещё подлил проверенного «Хеннеси» в рюмки. Себе и Коновалову. Приятно было посидеть с начальником службы безопасности. Потереть байки за жизнь. И послушать его истории.
Тот никогда не пьянел и был немногословен по работе. Но, с Томским, он менялся – в лучшую сторону. Становился весел и общителен.
Коновалов поднял рюмку. «Давай, Тиша – за директора! Чудесная она женщина. Столько лет уже наслаждаюсь её умом и телом – и не перестаю восхищаться. Мы с ней – уже полЕвропы проехали.
А муж так всё и думает, что любимая Тиночка по служебным командировкам пропадает и как специалист растёт. Эх, здоровья ему! Сейчас Новый год грядёт и всяких воровских дел пребудет – раз в пять больше».
Выпили они за директора – обворожительную Тоскади. Взяли по бутербродику с маслом и красной икрой. Коновалов откусил и поднял палец.
«Мы, охрана, как уже последний бастион. Прошляпили – так все виноваты и всем закрывать недостачу. Бывало смотрю все явные и тайные видео, которые наши камеры снимают и речи в микрофоны записывают. Тиша, кошмар! А мы - уже троих, за квартал, уволили».
Томский удивлённо взглянул. «И как это было?». Алик осклабился. «Под рубрикой «С праздником». Тебе, как близкому другу, всё расскажу. Первый случай – деда нашего, седого Потапыча уволили. Как было.
Я в нашем архиве всё выкопал. На майские праздники - остановил он домохозяйку лет тридцати. А, у неё, всякого товара на пятишку: в трусах, под двойным дном сумки и даже в лифчике.
Он ей говорит: «Сейчас полицию будем вызывать и возбуждать уголовное дело». Она давай плакать горючими слезами. Муж без работы и дети в школе. И что хотите?
Коновалов ещё налил и выпили. «А скрытая камера, в подсобке, всё пишет. Он ей: «Давай, трусы снимай». Замок закрыл и там, на старом диване, отодрал. Час ею баловался.
И у них - договорённость, что, в его смену, она раз в неделю на тысячу выносит, а раз в месяц – на пятишку. Под Новый год - на десятку. За это – раз в неделю секс по часу. Там же – в подсобке. Как, потом, выяснилось год с ней жил».
Томский рассмеялся. «Эх-ма, а седого Потапыча я всегда примерным семьянином считал. Ведь он подполковник в отставке, отец троих детей. Вишь, на домохозяйке спалился».
Алик кивнул. «На молодятинку потянуло. Кстати, в подсобке он так оттрахал пять баб. По архивным видео удалось вычислить. Молодятинку любил!».
Коновалов снова поставил пустую рюмку. «А Санька-спортсмена ты помнишь? Тот покрывал свою соседку – ну, прямо копия Аллы Довлатовой. Сколько же раз она сюда приходила и её за журналистку принимали. Роман у них давний. Она какая?!
Санька ей разрешал - по пятишке каждую неделю выносить. Сам не ушёл. А баба-то оказалась прямо кремень. Говорит, что с этим охранником не знакома, а товар подложили злые люди. Которые хотели опорочить её честное имя. Вишь, вот так!
Притыкина уволили за покрывание воровства бывшей жены, чтобы на добавление алиментов не подавала. Как это положено по суду – в связи с инфляцией. Тот уже третий раз женат и двум бывшим вот такие аферы в торговле проворачивал. Эх!».
