Из дефолта с любовью. России не дают платить по долгам, но она не сдается

Уже сегодня, 27 июня, России может быть объявлен дефолт. Часть кредиторов еще в мае не получила положенных выплат по двум сериям облигаций на общую сумму около 100 млн долларов, месячный срок ожидания денег истек в воскресенье, 26 июня.

Россия не отказывалась от своих обязательств и прилагала все усилия для обслуживания внешнего долга в условиях западных санкций. Еще в конце мая глава Минфина Антон Силуанов заявлял: «Мы — надежный заемщик. Как выполняли, даже в этих сложных условиях, так и будем искать варианты. Такие варианты у нас уже готовятся, с тем чтобы выполнить свои обязательства по внешним долгам». РФ пыталась расплатиться с кредиторами сначала за счет замороженных золотовалютных резервов ЦБ, потом использовала поступающую от экспортных потоков валюту, позже для расчетов стала использовать рубли с последующей конвертацией их в доллары или евро и свободным выводом из РФ. Но западные страны, и прежде всего США, последовательно делали невозможными выплаты по каждому из этих вариантов. В частности, американская Федеральная Резервная Система (ФРС) еще в апреле прекратила действие временной лицензии, по которой наш Минфин обслуживал внешний долг, фактически запретив инвесторам принимать деньги из России.

Что теперь будет?

Какие возможны сценарии развития дальнейших событий, объяснил кандидат экономических наук, заведующий лабораторией анализа институтов и финансовых рынков РАНХиГС Александр Абрамов: «Теоретически дефолт нам объявить могут. Они долго добивались этого, и вряд ли сейчас что-то изменилось. Я думаю, что держатели облигаций согласятся, что наступило событие "дефолт”, РФ же будет против такой трактовки.

Для западных стран деньги как таковые не важны. Им нужно юридически зафиксировать состояние дефолта у России, чтобы использовать его в качестве правового прикрытия последующих действий, направленных против нас. Иначе им пришлось бы проходить через многие долгие судебные процессы с неясной перспективой, дефолт же упрощает решение их задач. Например, еще 25 февраля европейский Euroclear самостоятельно, без всяких на то оснований, приостановил взаимодействие с нашим Национальным Резервным Депозитарием (НРД) (в результате заблокированными оказались активы россиян на 27 млрд долларов — прим. ред.). К Euroclear было много вопросов, и не исключены судебные иски от пострадавших. Однако Евросоюз 3 июня в рамках шестого пакета санкций наложил запрет на работу с НРД, подведя таким образом нормативную базу под решение Euroclear. Собственно, и наша сторона совершает похожие защитные шаги. Например, президент Путин 22 июня подписал указ о выплате внешнего долга в рублях. И уже на следующий день, 23 июня, в рамках очередного платежа по еврооблигациям Минфин перевел на счета кредиторов в НРД необходимую рублевую массу. С этого момента, в соответствии с указом, обязательства России считаются выполненными».

Сложилась беспрецедентная ситуация. На наших глазах пишется новая страница в толстом фолианте под названием «мировые финансы». Россия обладает всеми возможностями и желанием платить по долгам и пытается чуть ли не насильно отдать деньги. Кредиторы же правдами и неправдами уклоняются от получения законных выплат. Проблема не в том, что мы не платим, а в том, что инвесторы из-за санкций не могут получить деньги.

Формально объявить дефолт должны международные рейтинговые агентства. Но S&P, Moody s и Fitch еще в марте покинули Россию. С этой технической проблемой, без сомнения, на Западе справятся, но она ярко характеризует всю абсурдность ситуации с возможным российским дефолтом.