Château Lafite-Rothschild урожай 1959! Шикарно! Его аромат слаще и свежее распустившейся розы. Где Вы раздобыли его здесь? Неужели привезли с собой?
- Угадали. Привёз. Для Вас, в качестве благодарности за приют.
- Спасибо. Королевский подарок.
- Рад, что угодил Вам. Честно, едва дождался ужина, здоровый голод требует супа и сырных лепёшек. Нужна моя помощь?
- Да, если не трудно, зажгите фонари на террасе, такое вино стоит свечей. Всё будет готово через пару минут.
Она заканчивала приготовления к ужину, а в мыслях унеслась в прошлое…
ГЕРМАН.
В каком году это было? В каком-то затёртом, да и не важно, Бог с ними, с этими датами. Герману тогда здОрово досталось за эту бутылку лафита. Он очень хотел выглядеть взрослым, всё умеющим и всё имеющим. Подарок для Неё он приготовил давно, ещё за две недели до Её дня рождения. Конечно, не обошлось без помощи его мамы, именно она посоветовала ему выбрать эту нежную золотую нитку с семью крупными розоватыми жемчужинами. Сам он не заметил бы эту прелесть, но когда увидел, сразу понял, что это для Неё. Каждый вечер перед сном Герман доставал коробку с украшением и любовался им, представляя этот жемчуг у Неё на шее. И вот день рождения настал, он завернул коробку в нарядную подарочную бумагу с воздушными шариками, с большим трудом нацарапал на открытке несколько банальных слов и уже почти выходя решил взять бутылку вина из того ящика, что отец привёз позавчера из поездки. Подумал – вот все удивятся, когда я приду с вином. Пора уже попробовать, только дети пьют сок. Он знал, что это какое-то хорошее вино, но мало что смыслил в этом, слышал, как отец вчера по телефону с гордостью рассказывал другу о своём приобретении. Герман вернулся в кабинет отца, ящик стоял рядом с письменным столом, он, не глядя, взял первую же бутылку, посмотрел на неё и подумал – старая какая-то, даже вся этикетка порвалась, решил взять другую, поновее. На удивление, все бутылки в ящике были со старыми повреждёнными этикетками, а некоторые ещё и покрыты какой-то пылью. Делать нечего, надо брать, раз решил, в магазине ему всё равно не продадут. Протёр бутылку тряпкой, завернул в газету и побежал к Ней. У Неё уже собралась вся их большая компания. Она встретила его одной из своих необыкновенно-нежных улыбок, и Герман понял, что Она его счастье. Он неловко чмокнул её в щёку, сказал, что она уже старуха и сунул ей в руки подарок – «На, это тебе, носи», а потом с гордым видом поставил бутылку вина на стол рядом с лимонадом, соком и водой. Кто-то из ребят ещё пошутил – где ты её нашёл? На мусорнике? Такая старая этикетка!
Они долго искали штопор, а потом с большим трудом откупорили эту бутылку, всем досталось по паре глотков, но они чувствовали себя очень взрослыми и совершенно пьяными…
Она запомнила, как удивил её тогда аромат этого вина. Какая-то смесь миндаля, фиалки и розы, хотя, через несколько минут Она уже не думала об этом, а вспомнила только спустя несколько лет, когда Герман пришёл просить её, выйти за него замуж во второй раз и принёс с собой тот огромный изумруд и бутылку Château Lafite-Rothschild 1959. Тогда-то он и рассказал ей, какую взбучку устроил ему отец за ту первую бутылку этого вина. Замуж Она за него опять вышла, но опять ненадолго, хотя добрые отношения они хранят до сих пор, поддерживают друг друга и двух своих детей, прилетая на встречи с разных концов земли. Да, надо очень умудриться, чтобы иметь двух детей от двух браков, но от одного отца. У неё всегда не так, как у всех. За это Герман её и любит, порой даже ненавидит за то, что любит, и продолжает любить…
А Она? Любит ли Она Германа? Она и сама не может дать ответ на этот вопрос, но точно знает, что они срослись вместе навсегда. Она чувствует его, как часть себя. Она же не размышляет о том, любит ли Она свою руку или ногу. Они просто есть и они её, вот так же и Герман, он просто есть и он её. В этом есть огромная доля эгоизма, и Она понимает это, но у неё нет сил, отпустить его, хотя и не держит его. В жизни Она мало пользуется чьей-то помощью, но точно знает, что Герман всегда будет рядом, когда он ей нужен, и ей даже не надо просить его, он сам появляется в нужный момент. Как ему это удаётся, Она не знает. Иногда, Она смеётся и говорит, что Герман вшил ей чип и наблюдает за каждым её шагом, а иногда, Она сама в это верит. Герман же всегда избегает объяснений и отмалчивается…
* * *
- Ужин готов, присаживайтесь к столу.