У директорши их приюта был настолько взбешённый вид, что Илья машинально замедлил шаг, отчего получил незамедлительный удар в спину от споткнувшегося об него жирного охранника. Невероятно, но в общей столовой было мрачнее, чем обычно — дети сидели молча, не смея поднять глаза и старательно изучая содержимое своих тарелок. Только коротышка осмелился бросить на вошедшего один короткий взгляд и сразу же разочарованно опустил веки, а Илья поскорее занял место за столом и обернулся в поисках Эли. Её не было.
Пододвинув свой поднос, Илья незаметно упёрся локтем в коротышку, беззвучно спрашивая:
— А где Эля?
Коротышка попробовал сделать вид, что не слышит, но Илья сместился на край стула и снова так пихнул соседа, что тому пришлось отвечать:
— Влюбился, лошара? Она сбежала.
— Как это? — он невольно покосился на окна с решётками, сквозь которые отлично просматривалась колючая проволока по периметру. — Тогда почему все так спокойны?
— Нет, ты не понял, Илюша. Сбежала она не отсюда. Просто спряталась где-то здесь и не хочет выходить. Она иногда проделывает этот фокус, хотя прекрасно знает, что за это будет.
— Но почему? Её кто-то обидел?
Коротышка снисходительно хмыкнул:
Запрещённые дети (начало, назад)
— А тебе здесь по кайфу? Конечно, обидел, но дело не в этом. Пока тебя обрабатывали в подвале, нам объявили, что сегодня к ней посетители.
— И что не так? Может быть, нашлись её родные?
— Ты всё-таки распоследний конченый лох. К ней как раз предки и приезжают!
— Тогда в чём проблема? Это же хорошо, разве нет? А она ведь зря верила, что осталась сиротой!
— Вот возьми и сам спроси у Эли, когда найдётся, раз такой умный. И заткнись, а то нас засекут.
Директорша на мгновение встретилась пышущим ненавистью взглядом с Ильёй и наклонилась к соседу, что-то шепча на ухо, а потом дородный мужчина за учительским столом встал и без выражения отрапортовал свежую новость:
— После обеда занятия отменяются. У всех свободное время.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Будет забава, — пояснил коротышка, — кто поможет найти Элю, того минимум на неделю оставят в покое.
— У что, ребята будут помогать её искать? — изумился новенький.
— Увидишь, — неопределённо махнул рукой Коротышка, — но я бы посмотрел на чердаке. У запасной лестницы.
— Но там же и до директорского кабинета недалеко?
— Вот именно. Никто не будет искать, — и коротышка устало закатил глаза.
Дождавшись, когда двери столовой распахнутся и дети дружно хлынут туда, Илья вышел в коридор и только тогда сообразил, что никто из воспитанников не ищет там, где надо. Дети слонялись по углам с постными лицами, по сотому разу заглядывая в один и тот же чулан со швабрами, так что Илья для верности сделал кружок возле девчачьих спален и юркнул наверх, почти под крышей обнаружив закрашенную краской дверцу.
За ней скрывался просторный чердак, заваленный старой мебелью и стопками перевязанных бечёвкой бумаг, а на стремянке под круглым окном сидела Эля, положив локти на колени и наблюдая за двором.
— Ты зачем прячешься ото всех? — Илья взялся за нижние ступени.
— Не хочу встречаться с ними, — покачала головой Эля.
— С мамой и папой? — он недоверчиво почесал затылок, — А я бы что угодно отдал за это!
— Это потому, что ты их ещё помнишь. А я — нет.
— А что мешает дать им шанс? Вдруг у них были причины оставить тебя здесь?
— Угу, — Эля опустила ноги пониже, — конечно. А ты уже вспомнил хоть что-нибудь новое?
— Немного. Сестрёнку и поезд. Мы уехали все вместе. Или приехали.
— Поезд? — Эля соскользнула на пол. — Этим точно никого не удивить. А что с сестрой?
— Пропала. С ней произошло что-то очень плохое, а я, наверное, сделал что-то не так.
— Паршиво, — она сочувственно обняла его за плечи, как маленького ребёнка, — вот и я не хочу, чтобы на меня таращились, как на подопытного кролика. Оценивали мои успехи… Не хочу надеяться на фальшивый интерес и мнимую семью.
— Но тогда как ты вырвешься отсюда? Ведь если они заберут тебя…
— Я помню их прошлый приезд, — выпалила Эля и зажмурилась от чего-то, невидимого для него, — три года назад.
— Ого! Долго же они ждали, чтобы попробовать еще разок.
— Поверь, это они ещё слишком рано приехали. Я постаралась на славу. Думала, лет пять их не увижу.