Старик вышел в море еще до рассвета. Отвязал от хлипкого причала пришвартованную шлюпку, ловко заскочил в нее и оттолкнулся от бамбукового частокола старым багром на кривой палке. Оттолкнешься слишком сильно – суденышко перевернется на левый борт, в котором не хватало верхней доски. Слабо – лишь покачнется на месте, и тут знай себе – держи равновесие.
Старик свою норму знал. Отодвинул лодку от причала ровно настолько, насколько было нужно. Зеленые волны радостно распахнулись навстречу его корыту – единственному гостю в этих богом забытых краях. Море – друг. Если не штормит. Бог, если милосердно. Мать, если кормит.
Старик загребал воду огрызком весла и щурился от бликов. Он думал о малом приливе и о макрели, которую ночные воды должны были принести к берегам его островка. Облизывал губы иссохшим черным языком в предвкушении сытного обеда, смеялся во все свои три зуба.
- ты меня сегодня не застигнешь, - грозил он пальцем маленькой темно-серой тучке, безмятежно парившей чуть выше линии горизонта.
Тучи не друзья. Море – друг.
Старик медленно, но уверенно греб в сторону каменного мыса с восточной стороны островка. Там, в тени свисающих до самой земли деревьев, имели привычку сбиваться в стайки все рыбешки в округе. В аккурат перед рассветом, чтобы не попасться под горячие лучи. Солнце – друг старика. Если успеть спрятаться в хижине до полудня, когда оно начинает беспощадно жечь все, что попадется на глаза.
Прибыв на место, старик отложил свое весло и принялся озабоченно осматривать полуистлевшую сеть. Сокрушенно вздыхая и лепеча себе что-то под нос. Где требовался ремонт, в тех местах он починял прорехи ниткой, которую выдергивал из своей парусиновой рубахи.
- Старушка Бетти будет довольна, если рыбалка будет удачной, - говорил он, забрасывая сеть в темную спокойную воду. – Старушка Бетти щедро отблагодарит рыбака за сытный обед.
Он методично делал свое дело, бросал сеть и вытягивал ее назад. Мурлыкал себе в бороду старые, давно забытые песни и ждал от бога даров.
Сеть внезапно зацепилась, и старик, не удержавшись на месте, свалился за борт.
Старик открыл глаза. Не сразу, поочередно. Сначала правый, поводил им из стороны в сторону, будто проверяя, живой или только кажется. Потом короткий вздох и левый.
Лунный свет заливал белый песчаный берег. Вода ушла, и старик лежал в тесных объятиях морских водорослей и своих сете. Лодки рядом не было.
- Бетти это не понравится, - простонал рыбак и медленно сел, попутно избавляясь от вынужденных пут.
Какой это берег? С виду, восточный. Щуря глаза, старик отчетливо разглядел тот самый мыс, у которого утром намеревался порыбачить. Ого, как странно его принесло. Он должен был размозжить череп о скалистый берег, если по-хорошему. Старик недоверчиво пощупал лысую голову – в порядке ли она? Костлявые пальцы обнаружили только загустевшую кровь в свежей царапине над левым ухом.
- Бетти это точно не понравится.
Понемногу сознание возвращалось к нему. А с ним и неприятные воспоминания, о которых он клялся не думать, чтобы не тревожить призраков.
А ночью здесь зябко. Старик с сожалением осмотрел поломанную сеть и принялся за ее распутывание. Бросил это занятие через несколько мгновений и побрел по мокрому песку в надежде отыскать свою лодку.
Старик хотел есть, пить, а больше всего оказаться в тепле своей хижины. Лечь в постель, согретую старушкой Бетти, и уснуть мирным спокойным сном. Но он упрямо шагал по вязкому песку босыми ногами и искал свои вещи. Лишь спустя полчаса он бросился на землю и раздосадовано заплакал, потеряв всякую веру в свои поиски. Рядом с ним лежала охапка плавника, который он приберег для очага, рваная сеть и огрызок весла, который после утреннего несчастья стал на добрый дюйм короче.
Без лодки старику никуда. Остров бедный на живность. Водятся лишь крикливые гиббоны, которым до рыбака не было никакого дела, да несъедобные ящерки и змеи. Было время (а может, и не было), он по молодости ловил и обезьян, и местных щитомордников. Но обезьянье мясо ему не нравилось, а змеиное слишком опасное. Да и не тот возраст сейчас у него, чтобы экспериментировать. Лучше макрель, тунец, какая-другая рыбка. Из фруктов только плоды мангового дерева. Старик варил их в потертом котелке на открытом огне. Получался неплохой суп. Рыбу приходилось потреблять только в вареном (край – печеном) виде. Зубов-то всего три. Последний резец тоже подозрительно шатается и крошится стабильно раз в неделю. Это сейчас наименьшая из его забот. Лодка…
Старик выплакал все слезы и теперь утирал нос и глаза краем рубахи. В голове у него зрели планы по добыче бамбукового тростника и созданию плота, или даже мазанки. Глина водилась на северной части острова, у небольшого пресного источника.
- Ничего, Бетти, справимся, - шмыгая носом, приговаривал он и набирал в охапку плавник, что помельче и полегче.
Рыбак воодушевился, повеселел. Рубаха почти высохла, стало не так зябко. Луна заботливо освещала ему дорожку с берега до его хибарки. Предвкушая теплый очаг и сытный ужин, старик бодро зашагал домой. Шум от удара мощным рыбьим хвостом о мокрый песок заставил его остановиться, бросить свою добычу и, сломя голову, кинуться наутек.
Старик бежал, сломя голову, пока его не покинули силы. Покинули они его быстро. Он едва успел пересечь границу между песком и надежной стеной деревьев. Только тут он позволил себе отдышаться и оглянуться – не преследует ли его кто? Поднявшийся ветер приносил с океана холодный ночной воздух и заставлял губы дрожать не только от страха, но и от озноба.
- Бетти будет недовольно, - всхлипнул рыбак и скрючился на земле.
Ветер шептал ему на ухо страшные вещи. О былых утратах и перенесенных ужасах большой войны. А с берега доносился визг живого существа, боровшегося за свою жизнь на враждебной суше.
Старик совладал со страхом и принялся планировать возвращение на берег за своими пожитками. Первой его мыслью было сбегать до хижины за старенькой винтовкой М16А1, припрятанной под кроватью. Но тогда Бетти проснется и задаст ему хорошую трепку за утрату лодки.
- Не надо злить Бетти, - насупился старик и огляделся в поисках какого-нибудь надежного оружия.
Его обступили безмолвные стражи-вечнозеленые сосны. Они склонили свои нижние ветви и радушно предложили старику использовать одну из них для обороны. Но это была только уловка. Выпрямившись, рыбак обнаружил, что до самых низких еще добрых полтора метра в высоту. А лазить по деревьям страшно и опасно. Рыбак пожалел, что не захватил с собой топорик из старой-доброй канадской стали.
- А будь у тебя топор, зачем тебе понадобилась бы ветка, болван?
Старик отскочил за ближайшее дерево и испуганно огляделся. Спустя мгновение до него дошло, что это был его собственный голос.
- И вправду болван.
Удар, еще удар о мокрый песок. Пронзительный визг, от которого у старика тут же заложило правое ухо. Он представлял себе самые невероятные ужасы, которые могли сейчас твориться на берегу и между тем осторожно, чтобы не возбудить слух неведомого чудовища, откапывал себе булыжник покрупнее. Удовлетворенный поиском, он примерил, как лежит в руке каменюка размером с голову взрослого гиббона. Результат его вполне устроил.
Погода портилась с каждой минутой. По боли в суставах старик понял, что намечается дождь. Одна из тысячи причин, почему он ненавидел этот адский остров – дождь здесь шел круглый год, не по одному разу за день.
Крадучись, он медленно покинул защитную полосу деревьев. Камень перехватил так, чтобы в случае опасности ударить им из-за головы сразу двумя руками, сильно и быстро. Воображение рисовало ему красочные моменты битвы престарелого Давида с морским Голиафом. Каким-нибудь гигантским спрутом с акульей пастью, которому нечего было бы противопоставить против такого надежного и крепкого булыжника.
Старик делал шаг вперед, а порыв предательского ветра относил на два, а то и на три назад. Ветер – не друг.
- Камень – друг. Бетти будет мной гордиться, - шептал отважный старик и упрямо шагал навстречу неизвестному.
Удары хвоста с его приближением становились все отчетливей, но между тем все слабее. Существо теряло силы, уже и пронзительные крики сменились лишь жалобным скулежом смертельно раненого зверя.
Старик обрадовался выглянувшей из-за массивной тучи темно-желтой луне. Теперь у него есть союзник в грядущей схватке.
Он приближался к берегу уже почти уверенным шагом. А существо пряталось во мраке, и, как змея или ящерица, пыталось уползти в сторону. Ему мешала воткнувшаяся волей рока в центр огромного хвоста доска. Она была когда-то частью борта лодчонки старика. Длинная палка надежно пригвоздила существо к песку, приговорив на встречу с поспевающим с камнем наперевес палачом.
Старик добрался до цели и довольно крякнул, увидев гигантский рыбий хвост в плену у суши. Рыбина извивалась и визжала изо всех сил. Старик занес булыжник повыше над головой с намерением вдарить по доске разок-другой. Она войдет в песок всем своим основанием и разорвет его обреченную жертву пополам.
Лунный свет пробил невидимый до этого момента барьер и осветил место казни. Старик увидел зеленые глаза, испуганно глядящие на него. Просящие пощады девичьи губы кораллового цвета скривились в предсмертной муке.
Старик нашел русалку.
#мистика #ужасы #Рассказы #фантастика #страшные истории #сверхъестественное