Юра Шатунов ушел... Сорок восемь лет. Ребята, это же просто безобразие форменное! Что там наверху думают вообще! Шутка конечно, горькая...
Ностальгия. Моя молодость и юность. "Ласковый май". Белые розы и Снова седая ночь... Помню этот феномен. Иначе не назовешь. Стеснительный, скованный мальчик из детского дома собирал миллионные стадионы. Девочки и девушки, падающие в обморок и бьющиеся в истерику. Рвущие на себе волосы... Да, так было. И все. Юры нет больше. Был, ходил, дышал, пел и нет его...
Пьер Нарцисс. Сорок пять. Остановилось сердце и конец. Казалось бы большой, здоровый и вроде бы столько впереди еще. Почему? Получается не хватает сердца многим людям. Не рассчитано оно на такие передряги жизненные, как у некоторых. Легких тебе облачков, наш шоколадный заяц...
...Моя подруга. Тринадцатого февраля был год. Ленка, Ленка. Помню и никогда не забуду твой смех и шуточки. Помню все, что ты сделала для меня. Многому из того, что я имею и достигла, я обязана тебе. Моя дорогая подруга, мне так тебя не хватает...
Моя мама. Моя боль. Двух тысяча пятый года стал для меня самым страшным годом в моей жизни. Знаете, как говорят, жизнь разделилась на до и после. Всегда, когда слышала эту фраза хмыкала, мол, завернули словцо красивое. А потом я поняла как это. Я была ребенком. Даже когда тебе тридцать четыре, ты ребенок, если у тебя есть мать. Ты знаешь, что сзади тебя прочная стена. И в случае чего, она не прогнется, не сдастся. Не даст тебе упасть. Не бросит. А тут раз... И ты одна. На всем белом свете одна...
...Я рано узнала о смерти. Даже слышала ее дыхание, когда мне делали в детстве сложную операцию. Видела ее, когда нескольких подростков не привезли после операционной. Их позже забирали родители из подвального помещения на первом этаже. И они уже больше никогда не вырастут, эти подростки. И не станут взрослыми. А небеса увеличились на несколько ангелов...
Поэтому я всегда относилась к ней с уважением, что ли. И в детстве я была странным ребенком. Я знала, что умру. Когда-нибудь конечно. Хотя, как правило, ребенок не думает об этом, он как легкая бабочка порхает возле огня. Он знает, что жизнь бесконечна. По крайней мере сейчас, в его мире. А я была другой.
...Мы барахтаемся, что-то покупаем, что-то одеваем, куда-то бежим. Ругаемся, миримся. Переживаем, добиваемся чего-то, потом теряем. Беспокоимся о том, что скажут люди. Репутация, вес в обществе, Дизайн дома, престижная машина, частная школа для сына...
А потом, на закате лет, оказывается, что все это шелуха, мусор, пыль. И все это так неважно. И не нужно. И зачем это все было, для чего - сейчас непонятно. Ну наверное это и есть жизнь...
А потом, когда придет она, костлявая, ты останешься совсем один. И тебе придется смотреть ей в глаза наедине. И хватит ли смелости... Как говорят, знаете, человек рождается в одиночестве и уходит также. Один...
Для чего сей опус? Грустно просто стало... А вы теряли? Вам страшно?
