Ненавижу стоять в очередях. Даже лифт терпеть не могу ждать. Не понимаю, почему при таком уровне прогресса до сих пор никто не придумал порталы для мгновенного перемещения людей и предметов. Вот с такими мыслями я шла на почту, получать очередную посылку с Алиэкспресса. Ну, вот, как всегда очередь из безумных старушек, которым скучно сидеть дома, а очередей, кроме как на почте больше нигде нет. А где скучающим бабушкам развлекаться - только ездить на общественном транспорте в час пик или стоять в очередях на почте.
Очередь как назло двигалась очень медленно. И бабульки в этот раз все были как одна какие-то злые и нахмуренные. Видимо не хватает этим божьим одуванчикам солнечного света. Впрочем как и нам всем. И что удивительно, в этот раз я увидела в очереди странного дедушку. Он не был похож на всех остальных. Он - улыбался. Представляете. В серой, нахохленной, дышащей злобой толпе, стоял дедушка и улыбался какой-то странной, задумчивой, хватающей за душу улыбкой. Я прямо замерла. Стояла и пялилась на него, как дурная. Наконец он заметил мой взгляд и улыбнулся ещё шире:
- что, доченька, думаешь дедушка с ума сошел.
- Н-нет, нет, что вы начала оправдываться я.
- Да, не переживай, на меня глядя многие так думают. А я тебе вот, что скажу. Дед Кондратий просто ждёт долгожданную посылочку.
- И кто эт тебе, сморчок старый, посылочки шлет, - оживилась одна бабка. - Каждую неделю трётся тут. А сам живет в соседнем районе. А на почту сюда ходит.
- А вот не твое дело - огрызнулся дед. Но улыбаться не перестал. И прямо закатил глаза как в предвкушении чего-то.
Когда подошла очередь деда получать посылку было видно, что у него прямо руки начали подрагивать от нетерпения. Мне прямо стало очень любопытно, что же за посылку такую ждёт этот странный дедушка. Я стояла как раз за ним. Получив квитанцию, дед обратился ко мне:
-Доченька ну-ка глянь, там я расписался? Я посмотрела в квитанцию... И ахнула. В квитанции стояло: Отправитель - Прокофев Кондрат Семенович, только почтовое отделение на соседней улице, Получатель - Прокофьев Кондрат Семенович, и почтовое отделение, в котором мы сейчас находились. Подпись стояла где надо. Я молча кивнула. Дедушка трясущимися руками получил увесистый пакет, прижал к груди, и шаркая ногами пошел к выходу.
Я не выдержала. Черт с ней с моей посылкой! Можно и завтра прийти. Меня раздирало любопытство, что же дед Кондратий отправляет сам себе каждую неделю на одном почтовом отделении, а получает на другом. Я вышла следом за ним. Дед медленно, словно растягивая удовольствие, шел по улице, прижимая к себе драгоценный пакет.
- Дедушка, - окликнула я его. Он медленно обернулся.
- А, это ты, доченька.
- Я, - а сама не сводила глаз с заветного пакета.
- Интересно тебе, что у меня там? - Я кивнула.
- Давай-ка присядем.
Мы сели на ближайшую скамейку. Дед желтыми пальцами достал коробок, папиросу. И где он ее только достал в наше время. Зажёг спичку. Медленно прикурил. Хоть меня и раздирало любопытство, я не торопила. Дед заговорил, когда от папиросы осталась только треть. Все это время он смотрел куда-то вдаль. Прямо в облачко дыма, которое он выпускал после затяжки.
- Здесь моя жизнь, - очень тихо начал он. - Хочешь посмотреть?
Я молча кивнула. Он протянул мне свёрток. Я очень бережно, словно пеленки с младенца стала снимать слои бумаги, которой был обернут свёрток. Через какое-то время у меня в руках оказался старый фотоальбом в коричневой коленкоровой обложке.
- Открой, не бойся.
Я не боялась открыть. Я боялась потерять ту, тонкую ниточку, что связывала сейчас нас троих - меня, деда и этот альбом. Наконец я перевернула первую страницу. На меня смотрели незнакомые лица. Мужские, женские, детские, веселые, серьезные, беззаботные, на скамеечке возле древенского дома, на детском велосипедике, в кабине трактора, в платочках, кепках или просто с развевающимися от ветра волосами. Фотографии были черно-белые, но я видела как на меня смотрят глаза карие, голубые, серые. Сквозь эти глаза на меня смотрела жизнь деда Кондратия. Точнее то, что от нее осталось. Воспоминания.
