Вот верхние одежды Елисея
подернутые золотом чуть-чуть,
но зелены… Он в Радуницу сеял
и не успел рубахи отряхнуть.
Овёс, как слов растянутые звуки,
от края и до края поля:
- Святый!.. Свят!..
- Взойдет, набрякнет и о землю стукнет
бронь - на защиту веры, - говорят.
- Взойдет! Взойдет – так говорят в деревне, -
защита жизни, воину, что щит…
То о народе всех святых раденье -
пока земля на зернышке стоит!
В этот день, если зной стоял, к душе подступает тревога, что вот-вот вспыхнет трава под ногами!
Чу, громыхнет, полыхнет в небесах в этот день, а Елисей уже предостерегает: «На всякий час: на зорний, на закатный, мол, не позабудь глянуть в сторону зреющих хлебов!»
О наступающей грозе, о внезапном бедствии, дожде проливном или о пожарище Елисей узнает по травам и цветам, по тревожным голосам птиц.
«Елисей – он на овсе стоит! – скажут старики. – У него и вся одёжа золотом усыпана!» И это так. Налитые колосья не только овса, но и пшеницы светится на солнце подобно золотым россыпям.