Суровые и подчас невероятно жестокие нравы бурлаков были обусловлены тяжким трудом и абсолютной бедностью. Новичков ждало трудное испытание — только пройдя особую инициацию, человек мог считаться полноправным членом артели бурлаков.
Бурлацкая доля
На самом деле раньше бурлаками называли всех крестьян, шедших на заработки на чужбину. По крайней мере, так утверждал известный лексикограф и автор «Толкового словаря живого великорусского языка» Владимир Даль. Впрочем, чаще всего крестьяне нанимались именно на речные суда. В прежние времена бурлаки нанимались артелями по 10-15 человек, а на большие суда – по 100-150 человек. Как правило, артелью руководил самый опытный в судоходном деле, принимавший на себя обязанности лоцмана. Он следил за соблюдением бурлацких интересов, распределял время стоянок, заступался за подопечных перед судохозяином. Последнее требовалось довольно часто.
Дело в том, что в крепостное время бурлаки поступали в полное расположение подрядчика. Это обстоятельство, а также изнурительный труд и плохие санитарные условия жизни вызывали среди бурлаков высокую смертность. Так, если верить изданию «Исторические записи» Академии наук СССР (1940 год), в 1692 году среди 16 383 умерших от морового поветрия, свирепствовавшего в Астрахани, было 7 290 бурлаков, что говорит о тяжелых условиях жизни последних. В 1842 году, как писал Федор Родин в своей книге «Бурлачество в России», большую смертность среди бурлаков вызвал скорбут (вид цинги). Косили бурлаков и холера, и ревматизм, и простудные заболевания.
Посвящение в бурлаки
Именно поэтому век бурлака был короток. Поэтому же в артелях часто появлялись новенькие. Новичков посвящали в бурлаки весьма своеобразно. Посвящение происходило в урочище, называемом Жареный Бугор, которое, по утверждению автора труда «Картины России и быт разноплеменных ее народов», Павла Свиньина, располагалось в верховьях реки Волги, неподалеку от Костромы. Известные художники братья Чернецовы, путешествовавшие по Волге в XIX веке, описывали этот бугор как «довольно высокий». На склоне бугра тогда росло несколько сосен. Утоптанная тропинка, ведущая наверх, подтверждала, как писали Григорий и Никанор Чернецовы, слова бурлаков о том, что именно здесь совершался обряд, «исстари существующий».
Согласно правилам, новичок, еще не бывавший «на низу», то есть в Астрахани, должен был взобраться в лаптях на бугор. Если верить авторам сборника «Большая Волга», сделать это было нелегко, так как глинистый склон был довольно скользким. Тем более, что при этом «деды», поджидавшие не слишком ловких новеньких внизу, хлестали их лямками пониже спины. Считалось, что достигший вершины, но не отведавший лямки будет хорошим бурлаком. Впрочем, как отмечали братья Чернецовы, испытуемый имел права и заплатить «старичкам» выкуп. Видимо, такой бурлак тоже включался в число прошедших испытание.
Другие обычаи и правила
Вообще у бурлаков существовало множество странных, а подчас и жестоких традиций и правил. Например, как пишет Николай Хренов в издании «Субкультурные картины мира в российской цивилизации», в день найма, когда бурлакам предоставлялся задаток, владелец судна также угощал их вином и пирогами за свой счет. В такое время в артелях царил настоящий разгул, а всякий терял «ту смиренную физиономию, которою запечатлено лицо мирного пахаря». После угощения бурлак, выбранный старостой, надевал на голову опорожненное ведро. Хренов усматривает в подобном действии древний обычай, согласно которому, получивший высокую должность должен был испытать унижения и побои.
Тогдашним мировоззрением было обусловлено и на первый взгляд равнодушное отношение бурлаков к своим занемогшим товарищам. Так, по словам Владимира Коршункова, автора издания «Дорожная традиция России», заболевших бурлаков (к примеру, простудившихся в холодной воде) нередко попросту бросали на берегу, иногда вдали от людей и жилья. Бурлаки говорили: «Ежели ему жить – так выправится, а ежели не жилец – одна дорога». Не снабжали больных и пособиями. Задаточные деньги, взятые заболевшим и неотработанные им до болезни, взыскивались при окончательном расчете с артели. На место выбывшего из строя нанимался новый работник, который тоже проходил обряд посвящения. Если, конечно, он не успел побывать к тому моменту в Астрахани, а Жареный Бугор был еще рядом.