Неожиданно захотелось сказать пару слов в защиту «премудрых пескарей».
Салтыков-Щедрин. «Отец» русской сатиры, обогатил русский язык 600 словами, крайне оригинальный человек: дважды был вице-губернатором (Рязанской и Тверской областей), при этом яростно критиковал власть и общественно-политическое устройство.
Писал возмутительные вещи (по мнению властей), при этом сам являлся, собственно говоря, властью. Парадоксально. Это удивляло и современников: «Дважды вице-губернатор критикует государственное устройство России – это парадокс и с моральной, и с правовой точки зрения» - так писали о нем в газетах того времени.
С одной стороны, логично – изучил ситуацию изнутри и покритиковал. С другой – а сам-то что сделал для улучшения жизни в России? Одной критикой, которую, кстати, не пропускала цензура и многое издавалось за границей, жизнь не изменишь. Это напоминает мне современных психологов, которые гениально обрисовывают в своих книгах проблему, но о путях ее решения речь или вовсе не заходит, или «все туманно».
Вот, взять хотя бы сказку «для детей изрядного возраста», как писал сам Щедрин, «Премудрый пескарь». Сейчас ее читают просто дети, 11-летнего возраста. В школе, в 5 классе. Ну, нормально, а чо? Главное, им, должно быть, все понятно.
Если кто не помнит, главный герой пискарь (тогда так писали, через «и») так впечатлился рассказами родителей об опасности, подстерегающей повсюду, что решил просто затаится в норе и всю жизнь так и просидеть. Гулять ночью выходил, да ненадолго. Скучно было, но безопасно. И считал себя пискарь очень умным и осторожным. Так и дожил до преклонных лет и отошел в мир иной, ничего не совершив, не имея даже семьи и детей, никому не нужный и бесполезный. Дескать, жалкое дрожащее создание, прожившее всю жизнь зря. И ключевая фраза про пискаря, сказанная еще в начале сказки: «Был он пискарь просвещенный, умеренно-либеральный». Вот на кого направлена сатира.
Возмущало Салтыкова-Щедрина бездействие интеллигенции. Не хотят, видишь ли, жить ярко и умереть молодыми. Все под корягой хорониться и от щук дрожать. И снова хочется спросить – а сам-то? К власти поближе, имея возможности, сам-то – что сделал? Может, я чего не знаю, думаю, в комментариях меня просветят, может и зря я на Щедрина нападаю, но все, что о нем прочитала – не нашла ответа на свой вопрос.
Обычный человек – всегда консерватор. В молодости, может, чего и хочет, а вот пошли дети, ипотеку за квартиру надо платить, кредитов понабрали – и хочется одного – стабильности и покоя. Кто их за это осудит? Конечно, Салтыков-Щедрин перегибает, утрирует. Всю жизнь под корягой сидят лишь немногие и это, скорее, отклонение. Продиктованы такие решения отнюдь не осторожностью.
Есть еще одна «рыбья» сказка – «Вяленая вобла». Там еще жестче прошелся писатель по своим современникам:
От рождения она была вобла степенная, не в свое дело носа не совала, за «лишним» не гналась, в эмпиреях не витала и неблагонадежных компаний удалялась. Еще где, бывало, заслышит, что пискари об конституциях болтают — сейчас налево кругом и под лопух схоронится. Однако же, и за всем тем, не без страху жила, потому что не ровен час, вдруг… «Мудреное нынче время! — думала она, — такое мудреное, что и невинный за виноватого как раз сойдет! Начнут, это, шарить, а ты _около_ где-нибудь спряталась, — ан и _около_ пошарят! Где была? по какому случаю? каким манером? — господи, спаси и помилуй!»
Перегибает Салтыков-Щедрин палку или все верно говорит?