Что ж, вечером 23 февраля 1525 г. в предместьях итальянского городка Павия стояли две армии - французская и имперская. На первый взгляд французы выглядели сильнее, но в бой они не рвались - у Империи кончались деньги, т.ч. если немного подождать, ее армия сама разойдется по домам из-за неуплаты жалования. Во всяком случае, на это надеялся король Франциск I. Из тех же соображений германское командование напротив спешило начать сражение. К тому же у него был козырь в виде весьма многочисленного и свирепого городского гарнизона. Однако расстановка попалась крайне непростая: ближайшие городские ворота выходили в огромный охотничий парк Мирабелло, обнесенный пятиметровой стеной, внутри которой и засели королевские жандармы, Черная банда ландскнехтов и швейцарцы. А вне парка разместились еще две части осадной армии - герцоги Алансон и Монморанси. Да еще Павию со всех сторон окружала река. В итоге получалось, что едиственный способ пробиться к городу, не гуляя в обход всего ландшафта - как-то войти в Мирабелло и топать через него. Чему, конечно, будут мешать французские войска.
Немного подумав, кондотьеры измыслили замечательный план: выбрать участок стены с охраной похуже, по-тихому расковырять его шанццевым инструментом, открыть ворота (ну, попутно, конечно, разобрать охрану) и в темноте провести в город обоз с деньгами, орудиями и припасами. Для пущей надежности комендант Павии должен был сделать вылазку по сигналу трех холостых выстрелов из пушки. И вот темной грозовой ночью вся габсбургская армия снимается с места и топает к северной части стены. В лагере остается только часть артиллерии, которая начинает обстрел для отвлечения внимания.
Саперные работы продолжались до раннего утра, когда поднялся густой туман. И все бы ничего, но на лезущих внутрь парка солдат вдруг наткнулся конный разъезд. Завязалась драка, в срочном порядке отправили гонца в швейцарское расположение. Наемники сразу подорвались и побежали в сторону угрозы. И тут же налетели на те самые орудия, которые противник так хотел провести в Павию. На этом имперской артиллерии пришел конец... но в тумане этого никто не заметил и командиры продолжали следовать изначальному плану. В шесть утра гарнизон Павии услышал сигнал и вышел наружу. В это же время бригада испанских мушкетеров (а испанцы буквально только что получили на вооружение массу настоящих тяжелых мушкетов) спокойно добралась до обоза французской армии, вырезала его и сама заняла место ровно в центре парка. А король Франциск даже и понятия не имел, какой треш творился на его позициях. Но уже начал что-то подозревать и приказал своим всадникам немедленно одоспешиться.
К этому моменту в Мирабелло уже вошли имперские ландскнехты Фрундсберга. И буквально нос к носу столкнулись со швейцарцами. Обе стороны тут же припомнили все старые обиды, опустили пики и молча устремились навстречу судьбе. А параллельно французские канониры добегают до своих орудий и начинают из всех стволов палить по лезущей в пролом испанской пехоте, которую (все под огнем) обходит имперская кавалерия. Но стоило испанско-германским рыцарям развернуть строй, как оказалось, что к ним уже скачет сам Франциск I во главе своих жандармов, которые моментально их опрокидывают и тут же врубаются в пехотные шеренги... полностью перекрывая линию огня своим же пушкам. А по правому флангу у них те мушкетеры, что вырезали обоз. Аж 2000 человек! А тяжелые мушкетные пули отлично пробивают любые латы. Притом, мушкетеры защищены дренажными канавами, и к ним просто не подобраться. Но побоище продолжалось, ведь даже под пулями 4000 латников - это очень много. А им на подмогу уже двигалась Черная банда.
Но здесь из-за парковых стен подтянулась гигантская ландснехтская баталия, которая сперва раздавила Черную банду, а затем принялась таранить фланг потерявших разгон французских рыцарей. Надо сказать, что Битва при Павии отличалась совершенно жуткой ожесточенностью, пленных практически не брали, ибо германские и швейцарские наемники друг друга на дух не переносили, а уж Черную банду и вовсе рассматривали как предателей. Не повезло и жандармерии - их на всякий случай сразу добивали, т.к. в суматохе Фрундсберг не был уверен, что может выделить людей на конвой пленных. Сам король был повержен на землю, прижат сапогом к земле и чуть было не зарезан. По счастью поблизости оказались имперские полководцы, которые Франциска узнали. А он еще выбирал, кому из них лучше сдаться, чтоб достоинство не уронить.
В общем, кавалеристов растоптали, тут же рядом потихоньку перемололи швейцарцев, и на этом битва в целом закончилась. Полки герцога Монморанси попытались вступить в бой, но налетели на городской гарнизон и большей частью погибли. Алансон же вовсе никуда не пошел, а взорвал за собой мост (лишив остальных путей к отступлению) и убежал. По итогу половина французсккой армии осталась на поле, погибла уйма знатнейших дворян и лучшие рыцари, а короля отправили в Испанию, где он просидел год, пока шли переговоры о выкупе. По большому счету тут и завершилась очередная итальянская война - в 1526 г. был подписан Мадридский мир и Франциск поехал домой.
С точки же зрения военного искусства Павия показала, что гордое французское рыцарство совершенно не учится на своих ошибках, а наличие кучи пушек еще не гарантирует их успешное применение. В то же время Павию частенько называют первой битвой Нового времени, ибо мушкеты убедительно взяли верх над бронированной конницей, грозная слава испанской пехоты начала складываться именно тогда. Вскоре испанцы обретут репутацию непобедимых солдат, которая продержится аж до Битвы при Рокруа 1643 г.
Либо можно на карту ВТБ: 5368 2902 5087 3082