Продолжаю серию записок для владельцев бизнеса и тех, кто только планирует стать предпринимателем. Предыдущую публикацию по этой теме читайте здесь:
Сегодня речь пойдет о покупке франшизы.
Ко мне периодически обращаются предприниматели с вопросами, касающимися ведения бизнеса через франшизу. Наше общение показывает, что большинство людей плохо представляют себе что такое франшиза, для чего она нужна и какие риски может нести для того, кто ее приобретает.
Один из явных рисков - это соглашение о неконкуренции, которое может быть прописано в договоре о франшизе. Сегодня, как раз, поговорю о таком соглашении.
Что такое Соглашение о неконкуренции
В общих чертах соглашение о неконкуренции представляет собою обязательство одного лица не вести деятельность, конкурирующую с деятельностью другого лица. Например, компания продает пирожки и желает чтобы другое лицо не занималось продажей пирожков на этой же территории. Они могут заключить соглашение о неконкуренции, в соответствии с которым это "другое лицо" не буде продавать пирожки, а компания взамен предоставит ему какие-либо выплаты или иные преимущества.
Соглашение о неконкуренции - это достаточно новый инструмент для России. Однако за рубежом он находит широкое применение. Такие соглашения заключаются не только с предпринимателями, но и с работниками, которые после увольнения из компании обязуются не заниматься деятельностью, конкурирующей с той, которой занимается их компания.
Что будет если нарушить соглашение о неконкуренции
Я всегда говорил своим студентам, клиентам и коллегам, что любое ограничение надо оценивать с точки зрения последствий его нарушения. Если последствий нет, то и само ограничение превращается в формальность, которая никого и ни к чему не обязывает.
В связи с новизной этого института, до недавнего времени, последствия его несоблюдения, как раз, и носили формальный характер. Такие соглашения заключались исключительно с целью оказать психологическое давление на другую сторону. А в случае нарушения - никакие санкции к нарушителю не применялись.
Однако недавно суд рассмотрел одно значимое дело, в котором выразил несколько позиций существенно влияющих на применение соглашения о неконкуренции.
Дело о Соглашении о неконкуренции
Между ООО "Ромашка"* (правообладатель) и И.И. Ивановым* (пользователь) был заключен договор коммерческой концессии. Договор предусматривал, что правообладатель предоставляет пользователю право использования в его предпринимательской деятельности комплекса исключительных прав, а пользователь обязуется своевременно уплатить правообладателю вознаграждение в порядке и на условиях, предусмотренных договором. По сути - это то, что предприниматели называют франшизой.
В договоре было прописано соглашение о неконкуренции. Такое соглашение устанавливало для И.И. Иванова запрет на приобретение акций (долей), осуществление трудовой деятельности, заключение гражданско-правовых договоров, направленных на создание конкуренции с правообладателем.
Договор предусматривал, что случае нарушения пользователем предусмотренных договором обязательств по ограничению конкуренции, правообладатель вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке с уведомлением пользователя не менее чем за семь календарных дней до предполагаемой даты расторжения договора. Ссылаясь на этот пункт, ООО "Ромашка" направило И.И. Иванову уведомление о расторжении договора. В ответ И.И. Иванов сообщил о согласии на расторжение.
После этого ООО "Ромашка" предъявило иск о взыскании с И.И. Иванова штрафа за нарушение соглашения о неконкуренции. В обоснование иска, компания ссылалась на то, что были выявлены два случая ведения И.И. Ивановым конкурирующей деятельности в двух разных городах. Истец указывал, что помимо самого факта открытия конкурирующего бизнеса, его права нарушаются и тем, что он недополучает ежемесячные платежи, которые предусмотрены договором.
Возражая против иска, И.И. Иванов просил признать недействительными пункты договора, устанавливающие запрет на конкуренцию. Он утверждал, что установленные договором ограничения выходят за пределы диспозитивности Гражданского кодекса РФ и противоречат существу действующего законодательства. Также указанные условия нарушают баланс интересов сторон, ставят пользователя в неравное положение с правообладателем и создают препятствия в ведении предпринимательской и трудовой деятельности. Поэтому указанные условия договора не соответствуют законодательству О защите конкуренции.
Кроме того, он ссылался на то, что факты конкурирующей деятельности установлены только в отношении случаев, имевших место после расторжения договора франшизы. По его мнению, это означало, что после прекращения срока действия договора, к стороне не может применяться ответственность за его нарушение.
Рассмотрев дело, суд указал следующее.
Обязательство И.И. Иванова не вести конкурирующую деятельность
не является предметом договора и не прекращается вместе с расторжением договора, его исполнение предполагается и после расторжения договора. Возможность взыскания штрафа или неустойки зависит от действительности обеспеченного штрафом (неустойкой) обязательства в момент нарушения. Если такое обязательство не является предметом договора и в силу своей природы предполагает его исполнение и после расторжения договора, и имеет целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, штраф начисляется и за нарушения, имевшие место после расторжения договора.
В данном случае штраф не является мерой ответственности за нарушение обязательств, относящихся к предмету договора и прекратившихся вместе с расторжением договора, а является ответственностью за нарушение связанных с прекращением договорных отношений обязательств, действующих в течение 3 лет после прекращения договора. Поэтому он может быть начислен и после расторжения договора. Следовательно, расторжение договора не препятствует реализации
принадлежащего правообладателю права на взыскание с пользователя штрафа за осуществление конкурирующей деятельности.
Относительно недействительности условий договора, суд указал следующее.
Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу
сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона
знала или должна была знать при проявлении ее воли. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
И.И. Иванов не представил доказательств того, что перед заключением договора направлял правообладателю протокол разногласий по оспариваемым условиям. Кроме того, после заключения договора, И.И. Иванов приступил к его исполнению и в ходе его действия не заявлял возражений по оспариваемым условиям.
Следовательно, своим поведением И.И. Иванов давал контрагенту понять, что считает договор действующим, в том числе и оспариваемые условия. Поэтому в удовлетворении встречного иска было отказано.
В настоящее время дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию.
* ФИО и наименование изменены
__________
ссылку на номер дела дам если записка наберет за две недели 100 лайков или комментариев
Подписывайтесь на группу ВКонтакте по вопросам налогообложения:
и на мою страницу:
а также телеграмм канал: https://t.me/rightlawyer