19 мая 1933 года более 6000 заключенных, которых везли в верховья Оби для работы на лесоповале, высадили на необитаемом острове Назино. Причины были просты: перевалочные лагеря переполнены, сил для охраны не хватает, как и средств для содержания, а сбежать с острова практически невозможно.
В 1932 году в СССР была введена паспортная система, цель которой состояла в ограничении внутренней миграции населения. Из крупных городов начали выдворять нелегалов — так называемые «деклассированные элементы». В Западную Сибирь и Северный Казахстан планировалось выселить по миллиону человек из Москвы, Ленинграда, Киева и других крупных городов, которые привлекали жителей провинции более обеспеченной жизнью. В конце апреля 1933 года в Западную Сибирь была отправлена партия нелегалов — 6144 человека — из Москвы и Ленинграда.
Как пишет историк Сергей Красильников в своей книге «Высылка 1933 года. Анатомия назинской трагедии», заключенные прибыли в Томскую область, где располагался пересылочный пункт, уже истощенными и без хорошей одежды, многие босиком. Хотя в Томске в мае еще прохладно, особенно ночами, никакой одежды заключенные не получили. Разместить их в переполненной комендатуре тоже не было никакой возможности: средств всей карательной инфраструктуры Западной Сибири хватало только на то, чтобы худо-бедно обеспечить максимум 300 тыс. спецпереселенцев, но никак не миллион. Комендант Александро-Ваховской комендатуры Цыпков решил, что новоприбывшие вполне смогут обеспечить себя сами, а потому их на баржах доставили на необитаемый остров.
Ни еды, ни инструментов, ни одежды заключенные не получили. Комендант расщедрился лишь на четыре палатки, в которых приказано было разместить самых слабых и больных. Но этого было явно недостаточно — уже спустя два дня из-за холода и разразившейся среди поселенцев эпидемии сыпного тифа на острове было обнаружено более 70 трупов. Тогда руководство комендатуры приняло решение вывезти с острова беременных женщин и организовать раздачу пайка. Но полкило хлеба и 30 граммов крупы на человека было явно недостаточно. Тем более что приготовить крупу было просто негде.
Дальше ситуация становилась только хуже. Вот как описывает происходящее со слов свидетельницы тех событий историк Николя Верт в своей книге «Остров каннибалов»: «Люди умирали повсюду, убивали друг друга, — рассказала ученому местная жительница, которой во время трагедии было 13 лет.
К первой партии заключенных со временем присоединилось еще 500—700 спецпереселенцев, переведенных из Томска. Снабжение лучше не стало — пайки раздавали раз в 3—5 дней. Выжили немногие — в августе с острова было вывезено чуть более 2000 уцелевших. Самое ужасное, что среди них оказалось немало тех, кто никакого отношения к нелегалам и кулакам не имел, а попал под маховик репрессивного аппарата случайно.
Все события, безответственность и неорганизованность местной комендатуры были описаны в письме И. В. Сталину местным партработником В. А. Величко. По итогам его письма было проведено расследование, результаты которого засекретили, а программу массового переселения деклассированных элементов в неосвоенные районы Сибири свернули.