В одном из моих дел, я защищал в суде людей, давших 20 млн. руб. в #долг их соседу в коттеджном поселке. Соседи знали друг друга не первый год, часто вместе отдыхали и, как казалось моим доверителям, могли не сомневаться в состоятельности перспективного бизнесмена, жившего через дорогу. #Деньги #заемщик просил на развитие бизнеса и обещал отдать с солидными процентами.
Кто бы мог подумать, что сосед-заемщик к моменту получения денег уже был признан судом банкротом, машины премиум-класса, на которых он ездил, были оформлены на его родственников, а дом, в котором он жил продавался с торгов... Как не трудно догадаться, долг #бизнесмен не вернул.
Пришлось обращаться в #суд... В ответ на наше заявление о включении в реестр требований кредиторов долга в размере 20 млн. руб.(прим.: специальный реестр, согласно которому те, кому должник обязан вернуть деньги, определяют пропорцию своего дохода от продажи его имущества), финансовый управляющий банкрота (прим.: назначаемый судом распорядитель имуществом должника) подал встречное заявление о признании наших сделок недействительными, т.к. его согласие при их заключении не было получено.
Суд, заслушав доводы сторон, огласил решение: сделки признать недействительными.
Конечно, нас такая ситуация не устроила, ведь деньги то мои доверители давали!
Но эта история не отличалась бы от тысяч других, если бы не одно но! Когда суд опубликовал свое решение, выяснилось, что сделки не только признаны недействительными, но и с моих доверителей в пользу должника взысканы 20 млн. руб., которые они ему сами уже дали!
Как такое может быть? Как говорится, невероятно, но факт!
Вероятно, судья ошибся, посчитав, что мои доверители деньги у должника брали, а не давали ему. Но щепетильность истории в том, что суд огласил в судебном заседании одно решение (без взыскания), а написал другое!
Когда судья решил взыскать с моих доверителей денежные средства? Пока находился в совещательной комнате (как положено по закону), или пока он ехал домой, или ....? Додумать можете сами.
Так как суд обязан вести аудиозапись судебного заседания, мы затребовали ее копию, однако, по странному стечению обстоятельств она оказалась поврежденной...
К счастью, я всегда самостоятельно веду аудиозапись судебных заседаний, в которых участвую. Так мне удалось в суде апелляционной инстанции доказать, что ни о каких взысканиях в суде первой инстанции оглашено не было. Это стало одним из оснований для отмены судебного акта!
Дело мы в итоге выиграли, требования моих доверителей были удовлетворены (удалось доказать, что согласие финансового управляющего на заключение договора займа не могло быть получено, т.к. к моменту его заключения информация о банкротстве заемщика не была публично размещена).
А вы когда-нибудь пользовались диктофоном, чтобы подстраховаться в спорных жизненных ситуациях?
P.S. Поскольку я только начинаю "блогерскую" деятельность, то первым 100 своим подписчикам гарантирую персональную консультацию (назовите кодовое слово - "де-юре").
