Было это лет триста пятьдесят назад, а может быть и больше. Теперь уже никто не скажет нам, как звали капитана этого корабля. Но одно было ясно, это был самый злой и свирепый человек на свете. Корабль его плавал и к далёкой Яве, и к берегам Индии, и к Антильским островам. Там, где разбивались и погибали другие суда, его корабль оставался цел и невредим — ни одной пробоины, ни одной царапины на днище. Казалось, корабль заговорён, и всё ему нипочём: и бури, и водовороты, и подводные рифы. Всюду сопутствовала капитану необыкновенная удача. Его знали во всех портах обоих полушарий. Был он тщеславен и горд, как сам дьявол, любил золото, но слава была для него дороже золота. Экипаж был под стать капитану: висельники, отпетые мерзавцы, головорезы. Он перевозил всё: перец, корицу, шелка. Не брезговал и живым товаром. В трюме нечем было дышать. Рабы умирали десятками от болезней и голода. Акулы жирели, следуя за кораблем. Они не отставали от него: знали, что будет пожива. Говорят, при случае он поднимал чёрный флаг и нападал на торговые корабли. Люди не сомневались, что проклятый капитан молится дьяволу и дьявол во всём ему помогает. Снова и снова выходил он в море и каждый раз возвращался с богатой добычей. Такая уж ему во всём дьявольская удача. Однажды капитан должен был совершить плавание из Атлантического океана в Тихий океан, от острова Мартиника к островам Хуан Фернандес. Плыть предстояло через мыс Горн (Мыс Горн — мыс на южном острове архипелага Огненная Земля, на самом юге Америки. Представляет собой почти отвесную скалу, которая поднимается на 150 метров над уровнем моря. Очень опасное место для мореплавания, особенно для парусных судов, из-за частых туманов и сильных бурь). Когда уже грузили на корабль последние бочки солонины, подошёл к капитану богато одетый юноша. Он был чужим в этих краях и ничего не знал о страшной славе капитана.
— Отец моей невесты живёт на одном из островов Хуан Фернандес, — сказал юноша капитану. — Он тяжело занемог и хочет благословить нас перед смертью. Если вы доставите туда меня и мою невесту, я щедро расплачусь с вами.
Принял их на борт капитан вместе с слугами и поклажей и вышел в море. Подпоил он одного из слуг и узнал, что юноша богат и везёт с собой много золота. По приказу капитана схватили матросы молодого испанца и бросили в море, а за ним следом всех его слуг.
— А ты, красотка, выбирай что хочешь! — крикнул капитан девушке. — Или будешь моей служанкой, или ступай вслед за своим женихом.
— Будь проклят, убийца! — воскликнула девушка.— Пусть же ты никогда больше не увидишь берега! — И бросилась в бездонную пучину.
Капитан только засмеялся сатанинским смехом. И словно в ответ послышался рёв и свист урагана. Он налетел с запада. Корабль как раз подплывал к мысу Горн. На погибель морякам высится тут чёрный утес, вечно окутанный туманом. С грохотом дробятся волны, разбиваясь о скалу. Здесь сталкиваются течения двух океанов. Даже в тихую погоду нелегко плыть мимо этой скалы. — Мыс Горн — вход в преисподнюю! — говорят моряки. Но капитан и не думает повернуть назад. Водяные горы обрушиваются на корабль. Град пляшет по палубе. Ледяной коркой покрываются мачты и снасти. Корабль, весь треща и дрожа, карабкается на волну. Но всякий раз ветер отбрасывает его назад. Вот уже вторую неделю псом на привязи крутится корабль на одном месте. Да, буря устроила тебе неплохую ловушку, капитан. Море столько лет баловало тебя. Подбрасывало тебе то попутный ветер, то штиль, то лёгкий шторм. А теперь оно решило показать, что ты такой же простой моряк, как и все остальные, такая же игрушка моря. Капитан ослеплён яростью. Невесть откуда появился огромный чёрный ворон и уселся на мачте. Ветер рвёт канаты, ломает реи, а ворону всё нипочём, своим зловещим карканьем он словно пророчит им гибель.
— Сто чертей и тысяча ведьм! — кричит капитан. — Пусть дьявол заберёт мою душу! Я обогну этот проклятый мыс Горн, даже если мне придётся плавать до Страшного суда. Молнии, свившись в клубок, падают на корабль. Ворон с хриплым карканьем кружит над палубой. Дьявол поймал тебя на слове. Ты проклят, капитан! Ты будешь плавать вечно. Тебе никогда не обогнуть этот мыс. Неслыханной силы ураган будет всегда поджидать тебя около мыса Горн. Волны станут стеной, ветер отшвырнёт твой корабль назад. Сколько времени утекло с тех пор, никто не знает. На этом корабле больше никто не ведёт счёт времени. Никто никогда не сошёл с этого корабля на берег. Несётся по волнам корабль-призрак. «Летучий голландец» — так теперь называют его люди. Вечно вперёд и вперёд. «Летучий голландец» не может остановиться. В тщетном усилии замедлить страшный бег впивались в дно якоря. Долго пахали якоря дно, пока не лопнули якорные цепи. Тоска по земле, по родине поворачивает его к берегу. Но едва лишь покажется вдали полоска земли, невидимая сила отталкивает, отбрасывает корабль от берега. Беду предвещает встреча с «Летучим голландцем» посреди бушующего моря. У того, кто его увидел, кровь стынет в жилах. Он весь светится красным светом. Сломаны мачты, перепутаны канаты. Но до отказа надуты ветром рваные паруса. Нет, это не матросы сгрудились на его палубе, это призраки. А вот и проклятый капитан. Он стоит на носу корабля. «Летучий голландец» соскальзывает с волны. А ветер ревёт всё громче. Всё выше вздымаются волны. Словно «Летучий голландец» выпустил на волю все ветры и бури. А те, кто увидел корабль-призрак, уже прощаются с жизнью. Только немногим счастливцам удаётся уцелеть после встречи с «Летучим голландцем».
Вот что рассказывали английские моряки. Трёхмачтовый парусник «Глостер» шёл к берегам Англии. Вдруг среди бела дня, справа по борту, словно поднявшись из глубин моря, появился «Летучий голландец». Стоял штиль, но с немыслимой скоростью летел «Летучий голландец», будто был у него свой собственный ветер, надувавший его рваные паруса. Мгновенно он оказался возле «Глостера». От «Летучего голландца» отвалила лодка. Пронзительно заскрипели уключины, когда навалились на вёсла матросы-призраки. Люди на «Глостере» словно окаменели. Лодка подошла совсем близко, и на палубу упал холщовый мешок. Ветхий холст расползся, и по палубе рассыпались письма. И тут же сгинула лодка. Пропал из глаз и «Летучий голландец». С ужасом смотрели моряки на эти письма, не смея подойти к ним. Море спокойно, и пропал из виду «Летучий голландец», но как спастись, когда вот они, проклятые письма! Всё равно увлекут их эти клочки бумаги в пучину моря. И тогда сказал старый матрос, с волосами белыми, как морская соль: — Есть только одно средство, чтобы нам спастись. Слышал я о нём, когда ещё был молод, от моряков, таких же старых, как я сейчас. Надо взять письма с «Летучего голландца» и прибить их гвоздём к фок-мачте. Тогда «Летучий голландец» потеряет власть над нашим кораблём.
Самые отчаянные из матросов поспешно, торопя друг друга, прибивают письма к фок-мачте. «Глостер» сходит с намеченного курса. Скорей в ближайший порт! Лишь бы избавиться от этой страшной почты. Письма мертвецов пришли на родину. Молодая голландка в белоснежном чепце с удивлением берёт из рук почтальона мятое, пожелтевшее письмо. Странный адрес написан на нём: «Розе ван Хольп, на улице святого Николаса, в доме, где скобяная лавка, напротив трактира «Зелёный гусь». Немало походил почтальон по городу с этим письмом. Давно уже нет трактира «Зелёный гусь», нет скобяной лавки, где-то на чердаке ржавеет её железная вывеска. Девушка роняет листок и боится поднять его. Письмо адресовано её прабабке, которая вот уже много лет покоится в могиле. А «Летучий голландец» продолжает свой не знающий конца путь... Сколько раз упорно и безнадёжно возвращался он к мысу Горн! Но всякий раз, как щепку, подхватывал его яростный ураган, кружил в воздухе и отбрасывал назад в море. Горе кораблю, если повстречается ему посреди океана «Летучий голландец» — предвестник верной гибели! Испытывает ли радость его жестокий капитан, вымещая свою злобу и отчаяние на встречном корабле? Или устал он тащить за собой груз проклятий и слёз? Кто знает! Как неприкаянный носится он по волнам морей и океанов. Сегодня светит ему Южный Крест, а завтра — созвездие Большой Медведицы. Желанна и заманчива для него смерть. Измученный бесконечным странствием, сколько раз правил капитан свой корабль на скалы! Но скала, обернувшись волной, мягко подстилалась под дырявое днище корабля. На вечные скитания осуждён «Летучий голландец». Так гласит легенда.