Во Франции по итогам парламентских выборов складывается необычная для страны конфигурация власти. А сама кульминация межпартийного противостояния стала отражением ряда особенностей политической ситуации в стране.
Низкая явка: политическая апатия или манифест?
Из 48 млн. избирателей проголосовало только 46%. Более того, немалая часть французов, не пришедших на выборы президента в апреле, остались последовательны и предпочли не голосовать и на этот раз.
Несмотря на то, что большинство политологов серьёзно не анализируют феномен неявки на выборы, сейчас он, безусловно, является одним из маркеров политических настроений во Франции. Особенно ярко низкая явка контрастирует с высоким интересом к политике среди французов. В 2017 г. 86% из них интересовались политикой, а в 2021 г. почти 70% следили за текущими событиями. Даже на прошедшей неделе, после первого тура, свыше половины избирателей с интересом наблюдали за кампанией (среди поддерживающих левые силы - почти 60%).
Разница в подходах
Около 1/3 проголосовавших выбирали одного из кандидатов только для того, чтобы не был избран его конкурент. Во втором туре за 577 мест в Национальном собрании боролось всего 1148 кандидатов.
Для получения абсолютного большинства коалиции Макрона необходимо было обеспечить себе по меньшей мере 289 мест. Однако пропрезидентские силы очень слабо поработали на местном уровне и не стали близки избирателям своих округов. Как следствие, более 60% опрошенных французов были против получения «Вместе!» контроля над парламентом. И итоговые 245 мест, думается, их не сильно разочаровали. (Не удалось переизбираться даже председателю Национального собрания Ришару Феррану.)
«Катастрофически» бодро продвигается партия Ле Пен. Превзойдя ожидания аналитиков, она получила в 11 раз большее представительство в парламенте, чем пять лет назад. «Национальное объединение», по мнению его лидера, достигло всех трёх своих целей: оставить Макрона без поддержки большинства, обновить состав парламента, усилив его демократический ресурс, и сформировать оппозиционную группу-балансир для сдерживания сил, действующих «сверху» (президент) и «снизу» (ультралевые). Партия продолжит придерживаться тактики привлечения «всех патриотов, справа и слева».
У Меланшона подход совершенно иной, и воинственная риторика - один из его инструментов. Политик подчеркнуто дистанцировался от возможности компромисса с Макроном: нельзя говорить о преодолении разногласий между президентом и левыми, поскольку они «из разных миров» и видение будущего у них не совпадает.
Что важно для рядовых французов
Предпочтения избирателей больше не укладываются в простую схему голосования в соответствии с социальным расслоением. Так, правые победили и в зажиточных округах юго-востока Франции.
Только 12% пришедших на участки решили, за кого голосовать, непосредственно в день выборов. Остальные обдумали этот вопрос заранее. В целом на решение, в первую очередь, влияло восприятие проблем, связанных с покупательной способностью населения, социальной сферой и состоянием окружающей среды. Для сторонников Меланшона на третьем месте было неравенство в обществе, а для макронистов - развитие ЕС. Для поддержавших Ле Пен, помимо достатка, определяющими были вопросы иммиграции и безопасности.
Вычерпать воду из лодки с пробоиной?
Вероятно, учитывая расколы, пронизывающие политический ландшафт Франции, премьер Борн назвала сложившуюся ситуацию «небывалой» и «представляющей риск» для страны. Ответом пропрезидентских сил, опасающихся, что их программа реформ будет попросту заблокирована, станет выстраивание в парламенте большинства, готового к активным действиям.
Больше о Европе - в нашем telegram-канале.