Последние три года Николай жил, будто в другом мире: нефть добывал. Наконец вернулся в родной город, и этой зимой впервые после смерти родителей собирался встретить Новый год один, в своём доме. Ёлку купил, но наряжать поленился, и старые игрушки так и остались лежать на антресолях. 31 декабря сходил в магазин, взял любимых маринованных огурчиков, кусок колбасы и багет.
- Может ещё шампанского? — предложила кассир. — У нас ация, берите сразу две бутылки!
И Коля, пожав плечами, взял одну, на пробу. Предновогодний день тянулся ужасно медленно. Снег падал с удвоенной силой, прикрывая то, что натворил год уходящий. По вентиляции стали разноситься ароматы чужого праздника. Коля, сидя на кухне, периодически сглатывал слюну. Не выдержал, нарезал себе бутербродов и сел пить чай. Телевизор показывал что-то новогоднее. А потом сверху стали раздаваться странные звуки — кто-то играл на пианино. Коля решил не обращать внимания на эти музыкальные потуги, отвернулся к окну. В детстве он ставил на откос за окном, прямо в снег, коробочку с подарками для Деда Мороза: конфетами, рисунками, шишками. Жалел старика. Тот ведь ночь напролёт дарит людям радость и ничего не получает взамен. Мужчина вздохнул, открыл окно и набрал в руку пригоршню снега. И вот уже на карнизе сидит снеговик. Николай улыбнулся и вернулся в кухню.
***
На верхнем этаже опять ударили по клавишам. Гулкий звук заставил его вздрогнуть. «Да что ж это такое? — Коля вытер салфеткой случайно расплескавшийся чай. — Сходить, что ли?» И поднялся к соседям. Дверь в нужную квартиру была не заперта.
— Извините! — откашлявшись, Коля нарушил повисшую тишину. — Можно войти?
Из комнаты донеслось тихое «да». У пианино сидела женщина. Зажжённые свечи отбрасывали блики на её грустное лицо. «Я вас потревожила? Простите. Никак не привыкну, что живу в многоквартирном доме», — произнесла она и робко улыбнулась гостю. Николай быстро приметил, что здесь тоже не было и намёка на праздник.
— А где же ёлка? Скоро ведь Новый год!
— Ах, ну зачем всё это опять? Чтобы обмануться ещё раз? — сказала женщина. — Вы знаете, сколько раз я её наряжала и писала на листке желание?! Потом поджигала, бросала пепел в бокал шампанского и делала глоток. Вы же в курсе этого поверья?
Коля неуверенно кивнул. А потом спросил:
— И сколько бумажек вы так съели?
— Мне почти сорок, я ем их с института, а толку ноль.
Коля уточнил, что он её сосед снизу. Инна оказалась внучкой бывших хозяев сверху. Он знал тех милых старичков. Они всегда ставили живую ёлку: дед Егор ездил за ней в питомник. Инна пригласила гостя к столу, жаждала ещё историй от Коли, ведь никогда не приезжала сюда в детстве, потому что жила в Сочи. Там и снег-то не всегда случался на Новый год. Праздник чаще всего отмечали у друзей. Дома ёлку не ставили, боялись, что кошка дерево уронит.
— А подарки? Где Дед Мороз вам их оставлял? — оживлённо спросил Коля.
Инна улыбнулась: «У нас был «производственный» Дед Мороз. Дарил подарки за стишки. Потом и вовсе перестал приходить, когда я выросла. Ерунда это всё».
Так дело не пойдёт, решил Николай. Зря что ли столько бумаги съедено и выпито шампанского?
Ёлка, игрушки и шампанское шустро перекочевали в квартиру Инны. И пока она играла уже нечто жизнеутверждающее, Коля колдовал над деревом. Потом вместе его украшали, без всякой симметрии и порядка, ведь в эту ночь в году можно всё! И коробочку для Деда Мороза смастерили, выставив за окно. Часы били двенадцать раз. Бокалы Инны и Коли соединились в быстром поцелуе, потом отпрянули, смутившись собственной смелости. Наутро коробочка со сладкими мелочами исчезла с подоконника, и желание Инны, наконец, сбылось: с этой ночи Коля больше не уходил из её квартиры.