Когда весь мир объял потоп
И землю залило водой,
В своем ковчеге добрый Ной
Спасал от смерти мир живой.
Но до Бейжина в те года
Потопа не дошла вода.
Там на клочке земли сухой
Осталось девятьсот семей —
И с той поры до наших дней
Живет китайский там народ.
И вот уже который год
От моря до Великих стен
Китаем правит хан Эсен.
Жил во дворце старик-пророк,
Судьбу на много лет вперед
Он угадать по книге мог.
Раскрыл священный свой бичик
И хану прочитал старик,
Что на Алтае, где живут
Калмык, китаец и бурут,
Родится доблестный батыр.
Устроив в честь рожденья пир,
Его Манасом назовут.
И вот теперь он возмужал,
Дружину крепкую создал.
Наделает он много бед.
За все обиды прошлых лет
Бурут жестоко отомстит,
Во всех боях он победит,
Бейжин захватит, разорит.
И Эсенхан всем дал наказ:
Найти Манаса и убить!
Собрав отряд свой боевой,
Пошел к Манасу на Алтай
Глава калмыков хан Жолой.
А в это время сам Манас
И сорок преданных друзей,
Друг к другу привязав коней,
В ордо играли у реки.
И кон из круга сам Манас
В азарте выбивал. И вдруг
Откуда-то в тот самый круг
Вбежал навьюченный верблюд.
Манас был сильно разозлен,
И битой крепкой — абалак
Ударил он что было сил,
И, альчик пулей пролетев,
Верблюду ногу раздробил.
И двести дюжих силачей
Манаса бросились ловить.
Тут сорок юношей за миг
Вскочили на своих коней,
Пошли дубинками они
Валить непрошенных гостей.
И двести дюжих молодцов
Лежали вскоре на земле.
Насилу спасся, весь в крови,
Их предводитель Чон-Доодур.
К кыргызам горною тропой
Повел дружину сам Жолой,
Чтобы Манаса там поймать,
А если не найдут его,
Отца в заложники забрать.
Узнал об этом бай Жакып
И родичам своим сказал:
— Чтобы остаться нам живым,
Давайте мы им отдадим
Табун из лучших лошадей
И в жены наших дочерей.
Другого нам спасенья нет!
Отцу сказал тогда Манас:
— Нет, не уступим мы врагу!
Отец, не бойся, не страшись!
На кон поставили мы жизнь!
Когда придет сюда Жолой,
Дадим ему достойный бой!
В Алтайский край пришел Жолой
И стан кыргызов окружил.
Чтоб не вступать в кровавый бой,
Отдать Манаса предложил.
Навстречу вышел сам Манас:
— На эр-сайыш один из вас
Пусть выйдет на майдан сейчас!
И если я паду с коня,
Берите тут же в плен меня!
А если вашего собью,
То знайте — я его убью!
Юнца увидев пред собой,
Расхохотался хан Жолой
И Зор-Донго команду дал
Немедля выйти на майдан.
С кривой усмешкой на устах
Навстречу вышел Зор-Донго.
И вид его вселял всем страх:
Блестит железный шлем его;
В одной руке огромный щит,
В другой руке копье с бревно;
От поступи его коня
Тресется под ногой земля.
Не дрогнул юный эр-Манас —
К нему помчался, как стрела;
Метнув копье что было сил,
Донго он в шею угодил.
— Какан! — скомандовал Жолой,
И вся дружина как один
К Манасу бросилась толпой.
Но сорок юношей лихих
Под клич «Манас! Манас! Вперед!»,
Как тигры, бросились на них.
Но тут Жолой, подняв копье,
Своих людей остановил.
Он понял: им не хватит сил,
Чтобы кыргызов обуздать,
Что есть у них защитник свой,
Способный дать достойный бой, —
И дал команду отступать.
Нападение Нескары
Правителем манжурцев стал
Двадцатилетний Нескара —
Горячий, дерзкий, молодой,
Всегда довольный сам собой.
Он знал, что племена бурут
Бежали из земли родной
И на Алтае все живут.
Нажили за короткий срок
Скота, коней, богатства впрок.
И, как сказал старик-пророк,
Родился грозный там батыр,
Мужает, крепнет с каждым днем,
Как только силы наберет,
Устроит всем большой погром.
— Тринадцать лет ему сейчас.
Пока не возмужал Манас,
Не захватил в округе власть,
Кыргызов надо разгромить,
Живьем Манаса захватить,
Забрать у них коней и скот.
Как только вырастет Манас,
Он сам войной пойдет на нас,
Всех разорит и разобьет! —
Такой наказ он дал войскам.
Вооружив их до зубов,
Пошел походом на Алтай.
Пройдя тернистый долгий путь,
К монгольским подошел степям.
На Кен-Арале правил там
Батыр по имени Жай-сан.
И Нескара сказал ему:
— К Манасу я иду войной.
Давай войска соединим —
Легко разделаемся с ним!
Поделим скот и лошадей,
Захватим в жены дочерей,
Угоним в рабство сыновей.
Но отказал монгольский хан:
С кыргызами дружил Жай-сан.
Монголы — жители степей
Пасли свой скот и лошадей,
У рода каждого у них
Была земля и свой аймак.
Но крепкий боевой отряд
Жай-сан собрать не мог никак.
Самолюбивый Нескара
Здесь волю дал своим войскам:
В разгул пошел он по степям,
Творя насилье и разбой,
Кровавый там устроил той.
Кутили, пили допьяна
Хмельной арак из молока,
Зарезав жирных кобылиц,
Плясали лихо у костра.
В неравной битве сам Жай-сан
Был ранен, заточен в зиндан,
Но на измену не пошел
Ценою жизни хан-монгол.
Казах алтайский Айдар-хан
Узнал о том, что Нескара
Идет к Манасу на разбой.
И сына своего Кокче
К себе он вызвал и сказал:
— Кыргыз казаху брат родной,
Нам вместе быть давно пора.
Возьми жигитов, лошадей,
Спеши к Манасу поскорей!
Кокче, в свои шестнадцать лет
Отважный воин и храбрец,
С дружиной крепкой, боевой
Пришел к Манасу, как родной.
И вот два брата-близнеца:
Один кыргыз, другой казах —
Поклялись кровью и в слезах
В едином братстве быть всегда,
Не разлучаться никогда.
Был рад и счастлив эр-Манас:
С приходом храброго Кокче
Большая сила собралась.
Когда увидел Нескара,
Что перед ним не детвора —
Вооруженные войска,
Он тут же повернул назад.
Манас помчался вслед за ним,
Но конь китайца был лихим,
И спас от смерти Нескару
Скакун крылатый Чабдар-ат.
Вернулся эр-Манас назад,
Увидел, как пред ним дрожат
Войска, захваченные в плен:
Боялись, что теперь они
К кыргызам в рабство перешли.
— Друзья мои! — сказал Манас. —
На волю отпускаю вас!
Идите по своим домам,
А если перейдете к нам,
Получите коня и меч.
Мы будем вместе защищать
Свободу, родину и честь!
И бывшие его враги
Сдружились, породнились здесь.
О том, что племена бурут
Возглавил юный вождь Манас,
Что он великодушен, добр,
Пошел повсюду разговор.
Пошли к нему со всех сторон,
Кто был обижен, угнетен.
Однажды воины его
Решили славно погулять,
Друг другу удаль показать.
Гоняли диких кабанов,
Снимали меткою стрелой
Косуль, архаров и козлов;
Подняв на небо ловчих птиц,
Лисиц ловили и волков;
Тягались в ловкости, в борьбе,
На эр-сайыше и стрельбе.
И самый старший, Кутубай —
Ему от роду двадцать пять,
Шутник, затейник, краснобай, —
Собрав вокруг себя ребят,
Решил Манаса разыграть:
— Чтоб был порядок среди нас,
Акима — хана своего —
Немедля мы должны избрать!
Он сильным должен быть, лихим,
Речистым, щедрым, холостым.
И тот, кто хочет ханом стать,
Сварить нам должен бешбармак,
На угощенье пусть пойдет
Его любимый аргымак! —
Сказал он, подмигнув хитро.
Но ни один лихой чудак
Не сделал этот глупый шаг.
Все знали истину про то,
Что без коня кыргыз никто.
— Каков ответ твой, эр-Манас?
Ты храбрый, смелый и лихой,
Средь нас ты самый молодой.
Как только своего коня
Зарежешь нам на бешбармак,
Ты ханом станешь в тот же миг!
А если ты скупой, Манас,
Придется нам искать других.
Скорее свой ответ давай! —
Сказал хитрющий Кутубай.
В ответ ему Манас сказал:
— Здесь все жигиты собрались!
Все ходите в мужских штанах.
Но если потянуло вас,
Как тянет бабу на сносях,
На жеребячий бешбармак,
Коня вам в жертву приношу,
А я и пешим похожу!
И тут же молодой батыр
Им кинул поводок — чылбыр.
Раздался громкий дружный смех,
И, потрясая небеса,
Дружина хохотала вся.
Обнял Манаса Кутубай:
— На нас, братишка, не серчай!
У нас ты самый молодой,
И ханом ты рожден судьбой.
Но мы боялись одного:
А вдруг ты, как отец, скупой!
И мы решили поиграть:
Тебя на жадность испытать.
Но видел Бог, ты молодец,
И доказал, что не скупец!
Ты будешь всем кыргызам хан.
Придет пора — увидишь сам!
Ты должен к власти привыкать!
Манаса юного друзья,
На потный усадив тердик,
Подняли вверх над головой
И посадили, как на трон,
На желтый камень под горой,
Как будто был он золотой…