В четвертом, может пятом классе мне в руки попалась книга из серии «Библиотека приключений» - была такая для детей и юношества, большая, желтая и толстая. В ней под одной обложкой было две романа: «Плутония» и «Земля Санникова»». Вот она, не сразу нашел в интернете (да, детская память не подвела – действительно, желтая и толстая):
Суть романа «Плутония» была в том, что в центре Земли находится пустота, где сохранились динозавры. Что-то вроде «Затерянного мира» Конан Дойля. Динозавры у меня особо в память не впечатлились, но вот было в этой книге послесловие, в котором имелась таблица с таинственно-загадочными словами «Кембрий», «Ордовик», «Силур»,... «Триас» и подобными, вроде заклинаний, вызывающие некие мистические чувства. Они на меня навели подобие транса, так что потом несколько раз, не читая собственно книгу, раскрывал последние страницы и смотрел на эти загадочные слова: «Карбон», «Девон», «Мезозой»…Может, и губами шевелил, нараспев декламируя загадочные заклинания, сейчас уж и не вспомню. Автором и «Плутонии» и «Земли Санникова» был академик Обручев, что тогда для меня было пустым звуком.
Собственно, не отложившись в явной памяти, «кембрии» и «ордовики», очевидно, где-то в подсознании зацепились. Иначе трудно объяснить, почему, оказавшись у подножия Московского Университета, я уверенно зашагал на геологический факультет, хотя пять минут назад и вовсе не помышлял об этом. И родственников –геологов у меня не было и поэтому никакого внешнего влияния на податься в геологи – тоже (хотя много позже внезапно выяснилось, что родственники-геологи у меня таки есть, и даже не один)
Таким образом, можно сказать, что к выбору профессии меня подтолкнул сам академик Обручев. Владимир, как сейчас знаю, Афанасьевич.
______
Второе столкновение с академиком у меня случилось в Университете, курсе на третьем. Уж не знаю почему –впечатления, что наша группа была скопищем отличников, у меня никогда не было- но факт, как-то раз она заняла первое место на факультете по успеваемости. И нас наградили. Первым призом была поездка на экскурсию в Суздаль (где мы по молодости и наивности поголовно опились медовухой. А она оказалась коварной штукой – возвратясь экскурсионным автобусом в Москву, несколько человек оказались неспособны из автобуса выйти – ноги отнялись. Под матюжки вытаскивающего нас водителя мы были перебазированы на ступеньки у входа в Универ (не со стороны Дома Культуры, а со стороны Москва-реки, где в те времена было пустынно), где и полежали снопами, радуясь за Суздаль и медовуху. Впрочем, это совсем другая история).
Возвращаюсь - вторым призом была коллективная фотография группы с компасом академика Обручева. Это такая советская традиция была – коллективная фотография с чем-то, типа знамени части или персональное фото на доске «победители социалистического соревнования». Ну, а у нас – фотография с компасом академика Обручева. В обычное время компас академика скучал в специальной застекленной тумбе напротив учебной части, а в праздничные извлекался сфотографироваться. Саму-то фотку, помнится, видел – но у меня она не сохранилась – да и была ли? А компас в руках повертел – так себе компас, архаичный, на медной пластине, довольно таки субтильный - наши обычные ГК-2 явно удобнее. Но, во всяком случае, тактильно соединился с академиком.
_____________
Следующая встреча с академиком Обручевым у меня случилось, когда уже работал молодым специалистом – геологом в Приохотье – южнее Магадана, но севернее Комсомольска на Амуре. На северо-запад, в общем, от Охотска. Тогда был, конечно, полон энтузиазма, который включал так называемую «работу с предшественниками». Суть оной состоит в том, что собираешь сведения о геологии района, которые до тебя другие геологи собрали в этом районе, где что они видели и из каких горных пород район состоит. И оказалось, что, помимо прочих, до меня в этом районе проходил – да, он самый и проходил, академик Обручев. Причем через вверенный мне район прошел три раза и на карте нарисовал, что в нем распространены граниты. Причем не просто распространены, а на карте академик указал, что в трех местах лично видел гранитные скалы и что вокруг то же все гранитное. Ну Ок, у себя на карте эти точки отметил, чтобы зайти и порадоваться, что я по следам. Ну и что граниты вокруг, что тоже неплохо – не придется голову ломать, что это за камни.
И вот я со студентом-практикантом из Ленинградского Горного залетел на вертолете Ми-4 (они тогда еще летали) в район следов академика. И тоже начал ходить вокруг, выясняя, какими горными породами что вокруг сложено и заодно какие проявления ценных полезных ископаемых типа золота, алмазов или иного ценного гуано имеют место быть. Но вот незадача – хожу, но никаких гранитов мне не попадается – все что угодно, но не граниты. Граниты-то мы все представляем – красные, из них Мавзолей сделан. Я-то, конечно, как молодой специалист, прошедший полный курс петрографии и петрологии знал, что граниты не только красные бывают – но и не красных тоже нет. Никаких нет. А – должны быть, на карте академика Обручева ясно показано – всё вокруг граниты.
После полутора недель безуспешных поисков гранитов я засомневался в собственном петрографическом и вообще геологическом образовании - не в академике же сомневаться. И решил дойти до одной из трех тех самых гранитных скал, где академиком указано. Ближайшая была километрах в десяти-пятнадцати – далековато, конечно, но ничего не поделаешь. Вышел пораньше, иду, под ноги посматриваю – где граниты? Нету. И чем ближе подхожу к месту, где должна быть гранитная скала, тем больше у меня озноб и воодушевление. Последний километр отлично помню – иду вдоль речки, чистая долина, широкая тропа, периодически по берегу скалы – к каждой подходил – но нет, не граниты. Но наконец дошел – и нашел.
Оказалась - выход (если профессионально – дайка) действительно гранитов. Метров 10 мощности. Все вокруг – щебень туфов андезитов. Но граниты крепкие и среди непрочных зеленых туфов действительно красная скала. Я ее метров за сто увидел. Очень живо представил себе – эта самая тропа, это самое место лет сто назад. Едет по тропе на коне академик Обручев, возле скалы останавливается и говорит бегущему следом казаку – «а подай-ка, любезный, камень вооон с той скалы, что в кустах торчит!» И нагайкой показывает – вон с той! Тот, ясно дело, подбегает, камень со скалы берет и подносит профессору. Тот смотрит – ааа! Гранит! Бросает камень и у себя в книжке записывает – скала, выход гранитов. На карте кружок черный рисует – коренной выход гранитов. Не подкопаешься. И дальше едет.
А у меня ни казаков, ни лошади. Я все пешкодралом и на горбе, сам себе лошадь и сам себе подбегаю. Поэтому мне сразу ясно, что это простая дайка и к окружающим породам никакого она отношения не имеет. Так и оказалось – все три «гранитных скалы» оказались на одной линии и одной и той же дайкой – ее академик при раза в разных местах пересек и три раза три скалы гранитных отметил. И все вокруг тоже гранитами зарисовал… Интересно, что оказалась эта дайка одной-разъединственной гранитной дайкой на много километров вокруг. А все остальное – не граниты вовсе. Так и вышло, что разошелся я во взглядах на геологию района с академиком Обручевым…. Извините.
PS …потом, правда, я в том районе нашел большой массив миароловых щелочнополевошпатовых гранитов - но они вовсе на граниты Мавзолея не похожи, а похожи на розовую пемзу. А те, которые у академика Обручева в дайке – те вылитые мавзолейные.
___________
Последняя (не загадываю) встреча с Обручевым у меня прошла, когда я в Академии Наук работал. Мне в руки случайно попалась брошюра – дореволюционный «Отчет о заседании Геологического Комитета» Российской Империи. На заседании будущего академика тайным голосованием избирали на должность «кандидата в геологи». Избрали единогласно. «Кандидат в геологи» - звучит гордо.
Смотрел я в «Отчет о заседании…» и думал, что меня кандидатом в геологи не избирали – а сразу назначили, без кандидатства. Меня и академиком не избирали. Да уже и не изберут, наверное. А «Плутонию» какой другой пацан прочитает и, может, западут ему в душу таинственные слова «Кембрий», «Ордовик» и «Силур»….