Голография – истоки появления метода
В наше время слово голограмма не вызывает ни малейшего удивления. Сувенирные киоски буквально заполнены продукцией с голографическим изображением – открытки и блокноты, значки, брелоки, магниты на холодильник и даже кулоны… все эти предметы несут маленькие объемные фотографии – голограммы. Но пользуясь этими вещами в повседневной жизни, мы обычно не задумываемся над тем, откуда взялась голограмма и голография вообще. Меж тем история голограммы достойна того, чтобы о ней поговорили особо. И вот почему, часто мы слышим, что сказочники равно как и фантасты способны предсказывать будущее, но при этом, речь обычно идет о коврах-самолетах и блюдечках с наливными яблочками – прообразы самолета и телевизора. Неизвестно кто и когда придумал эти волшебные предметы, поэтому и не понятно, кого конкретно благодарить за идеи.
Но если мы почти ничего не знаем, про авторов былин и преданий старины глубокой, имя человека, придумавшего голограмму нам известно с абсолютной точностью – это писатель и ученый Иван Антонович Ефремов. В рассказе «Тень минувшего» он впервые дал описание самой настоящей голограммы.
Сюжет рассказа: В пустыне Казахской ССР, недалеко от деревни Талды-Сай, местные жители обнаружили поле костей динозавров. Туда была снаряжена и отправлена палеонтологическая экспедиция.
Когда же разбивали лагерь, неожиданно выяснилось, что родник пересох и кирками и лопатами до воды не докопаться. Пришлось взрывом динамита расширить вход в родник, благодаря чему открылся пласт окаменевшей смолы, гладкая поверхность которой напоминала черное зеркало. Вечером на этом самом черном зеркале группа ученых видит мираж тираннозавра.
Скажете, миражи в пустыне – обычное дело, но тут мираж наблюдали сразу несколько человек и все видели одно и тоже. Странное явление заинтересовало руководителя экспедиции, Сергея Павловича Никитина, который предположил, что стал свидетелем редкого фотографического эффекта – светового отпечатка без бромосеребрянного процесса.
Но если природа была способна создать одну фотографию без использования специальной камеры, быть может, на земле еще найдутся и другие похожие снимки? Учёный создает оптическую аппаратуру, способную обнаруживать природные фотографии и вскоре ему улыбается удача.
Рассказ вышел в печать в 1945 году, и только через три года в 48 та же идея впервые была высказана венгерским физиком Денешем Габором, который официально считается основоположником голографии. За год до этого в 1947 году Габор получил первую голограмму. Параллельно с Габором, идеей голографии занимался советский физик Юрий Николаевич Денисюк, который, по его собственному признанию, заинтересовался идеей голографии после прочтения рассказа Ефремова. Причем, его вера в то, что писатель прав, оказалась настолько сильной, что Юрий Николаевич посвятил оптической голографии свою жизнь и сегодня его имя можно прочитать в энциклопедии среди основоположников этой науки.
Давайте вспомним, что такое голография. Само слово голография происходит от греческих слов (hólos — весь, полный и ...графия изображение), метод получения объёмного изображения объекта, основанный на интерференции волн. То есть, наложения волн исходящих из разных источников одна на другую.
Фотоаппарат фиксирует на фотопластинке излучение, рассеиваемое объектом. Каждая точка объекта в этом случае является центром рассеяния падающего света; она посылает в пространство расходящуюся сферическую световую волну, которая фокусируется с помощью объектива в небольшое пятнышко на светочувствительной поверхности фотопластинки. Так как отражательная способность объекта меняется от точки к точке, то интенсивность света, падающего на соответствующие участки фотопластинки, оказывается различной. В результате на фотопластинке возникает изображение объекта. Это изображение складывается из получающихся на каждом участке светочувствительной поверхности изображений соответствующих точек объекта. При этом трёхмерные объекты регистрируются в виде плоских двухмерных изображений. С появлением лазеров открылись многочисленные и разнообразные возможности практического использования голографии: в радиоэлектронике, оптике, физике и различных областях техники.
Но если фотографический снимок плоский – двухмерный, в голограмме он выглядит как объемный.
Обычно писатели используют научные факты для включения их в свои произведения, здесь же, как видите все наоборот. В 1945 году рассказ впервые увидел свет и только в 1947 году Гобор получает первую голограмму, и тольков 1948 году он же научно обосновывает это открытие.
Как же писатель мог предвидеть это открытие?
Начнем с того, что Иван Антонович Ефремов, был не только известным писателем-фантастом, но и весьма талантливым ученым, и что немаловажно, ученым практиком.
То есть, спокойной кабинетной работе, он предпочитал полевые условия экспедиций.
Будучи еще студентом биологического отделения Лгу, начиная с 1920 года, Иван Антонович – участник множества экспедиций. Он на собственном опыте знал, где и как лучше разбить лагерь, приготовить еду на костре, какими инструментами снимать слой за слоем породу на месте раскопок, профессионально классифицировать и препарировать найденное. Знал до мельчайших подробностей, потому что начинал с самых низов, не брезгуя никакими заданиями. Годы напряженной работы сделали из Ефремова крупного ученого, родоначальника принципиально нового направления в науке тафономия – учение о закономерностях сохранения остатков ископаемых организмов в слоях осадочных пород.
Итак, начиная с двадцатых годов прошлого века, Ефремов занимается раскопками, выискивая кости динозавров. И удача улыбается ему, так в 1927 году, наш герой становится вторым человеком в мире, нашедшем останки ветлугазавра (Wetlugasaurus angustifronts). Первым в начале 1920-х годах был Анатолий Николаевич Рябинин.
Так как свое открытие Рябинин сделал на берегу Ветлуги в Костромской губернии – доисторическая рептилия получила свое название по реке Ветлиги протекающей по территории Кировской, Костромской и Нижегородской областей и республики Марий Эл, на берегах которой были обнаружены кости этого существа. Внешне ветлугазавр напоминает крокодила длина тела которого от 75 см до 3 м. Рябинин нашел кости на берегу Ветлуги, а Ефремов на берегу реки Фердосы у волостного села Пыщуг.
Были найдены некоторые зубы, череп, фрагменты челюсти, фрагменты рёбер, полные конечности и почти полный хвост.
Интересный факт: В честь Ивана Ефремова назван вымерший ящер ивантозавр (лат. Ivantosaurus ensifer) — примитивный терапси (когда, ? если есть возможность выяснить – кто?).
Новые вершины
По материалам своих ранних экспедиций в соавторстве с А.П.Быстровым в 1941 году И.А.Ефремов опубликует монографию по остеологии и анатомии эотриасового лабиринтодонта, за которую авторы впоследствии будут удостоены почётных дипломов Линнеевского общества (Англия).
В 1930-х годах И.Ефремов участвовал в геологических экспедициях по Уралу, Сибири и Дальнему Востоку. Причем в 1931 году, он уже не рядовой участник, но командир отряда Нижне-Амурской экспедиции. То есть, за десять лет Ефремов добился положения, при котором он отвечает за экспедицию в целом, за то, какие специалисты будут привлечены к работе, сколько и какого будет взято снаряжения, сколько припасов. Он должен был поддерживать и дисциплину, и рабочую обстановку, самому заниматься разведкой и принимать решения.
Хочется спросить, неужели для того, чтобы Ефремова повысили до начальника отряда, нужно было ждать столько лет? Но на самом деле, ответ прост: отец Ефремова был известным лесопромышленником, а с таким происхождением, было сложно быстро выбиться в начальники.
Супруга Ивана Антоновича Таисия Иосифовна позже рассказывала, что после публикации книги «Туманность Андромеды» (1957 год) Ивану Антоновичу наконец-то предложили вступить в партию, но тут уж он сам отказался: «Социальное происхождение не изменилось», – резюмировал свой отказ писатель.
Из ученых в писатели
В тридцатых годах Ефремов начинает писать небольшие рассказы. При этом его богатый экспедиционный опыт так же идет в дело. Теперь он пишет не только научные работы (у Ефремова за всю его жизнь, их 90!), но и фантастические рассказы: «Алмазная труба», «Тень минувшего», «Голец Подлунный» и другие.
«Ослепительный солнечный свет, отражаясь от белых стен низких построек, с непривычки резал глаза. Никитин, болезненно щурясь, шел через просторный двор товарной станции по мягкому ковру желтой пыли.
Три новенькие автомашины уже выехали из ворот и стояли гуськом у края дороги, поджидая начальника. Высоко горбились их белые брезентовые верха, на светло-сером, еще блестящем лаке уже лежала красноватая пудра пыли. Вдоль дороги, в ту же сторону, куда были повернуты машины, по крупным камням широкого арыка, журча, стремилась чистая вода, словно смеясь над зноем и пылью. И в тон ей тихо гудели на малых оборотах заведенные моторы машин.
Никитин сел в кабину передней машины. Хлопнула дверца; косым столбом взвилась и зазолотилась пыль. Машины пошли в город белых домов и зеленых аллей, раскинувшийся у северного склона опаленных солнцем холмов».
– Можно ли написать такое ни разу не побывав в тех местах, не пройдя, что называется, своими ногами, не почувствовав, не потрогав, не увидев? Человек может многое, конечно, и желтоватую пыль можно вычислить, зная состав местной почвы, и догадаться, что стены в том районе должны быть белеными (неофициальное название поселения Новоукраинка наталкивает на мысль о мазанках), и солнце слепить. Но в том-то и дело, что Ефремов не догадывается, а пишет то, что видит, или возможно, то, что вспомнил после. Человек, живущий или волею случая оказавшийся в том же месте, подтвердит, что данное описание полностью соответствует действительности. Казалось бы, а зачем нам такие подробности? Что они могут дать? На самом деле очень многое, Ефремов пишет так, что веришь каждому его слову. А раз веришь людям в рассказе, веришь природе, веришь происходящему, то затем неминуемо веришь возникшему фантастическому элементу. А почему бы и нет?.
Фантазер или провидец?
В 1932 и 1934 годах Ефремов копает по берегам рек Нюкжа и Олёкма и одновременно (1932—1935) учится экстерном в Ленинградском горном институте. Палеонтология и геология рука об руку идут.
В 1935 году Ефремов уже кандидат биологических наук. В марте 1941 года за работу «Фауна наземных позвоночных средних зон Перми СССР» ему присвоена учёная степень доктор биологических наук. В то же время он разрабатывает новую отрасль знания, тафономия – учение о закономерностях сохранения остатков ископаемых организмов в слоях осадочных пород. Вот где пригодилась геология!
Термин Тафоно́мия происходит от греческих слов (τάφος — «могила, погребение», и νόμος – «закон») то есть, это раздел палеонтологии и археологии, изучающий закономерности процессов захоронения и образования местонахождений ископаемых остатков организмов.
Ефремов подготовил свой труд к публикации еще в 1943 году, но ученый совет никак не мог решиться дать добро на ее издание. А что если Ефремов ошибся?
В рассказе «Тень минувшего» о котором мы с вами уже говорили, Ефремов рассказывает о том, как ученое сообщество принимает все новое и необычное. Его герой молодой ученый Никитин, правота которого станет очевидна в финале рассказа, так же как и сам Ефремов был осмеян его коллегами.
«Никитин закончил доклад. Последовавшие выступления были полны скептицизма. Особенно горячился один известный геолог, который с присущим ему красноречием охарактеризовал выступление Никитина как увлекательную, но с научной точки зрения гроша медного не стоящую «палеофантазию». Но все нападки не задели ученого. У него давно уже окрепло твердое решение».
Палеофантазия – возможно именно так за глаза (если это неизвестно, то на страницах нашего журнала не стоит выдвигать такие версии). называли коллеги уже известного в узких кругах ученого и литератора Ефремова. Что же, лиха беда начало. Нужны доказательства – добудем. Но не в старых работах и хранящихся в запасниках ящиках с находками(кстати, многие ученые совершают открытия по старым находкам.), Ефремов отправляется в Монголию, откуда вскоре привозит несколько железнодорожных вагонов костей динозавров (!). Причем искал он их не старым, способом, а опирался на теоретические положения своей новой науки.
Сюжет достойный пера фантаста: Представьте себе, что за несколько месяцев до Ефремова в той же Монголии практически на тех же местах работала американская экспедиция, но никаких палеонтологических находок не сделала. (А для Евремова находки открывались словно земля сама выложила их перед ним. И снова мы цитируем рассказ «Тень минувшего» «Вокруг стволов и дальше к западу были разбросаны огромные кости с темной блестящей поверхностью.
Восхищенные исследователи рассыпались по равнине. С волнением они отыскивали все новые и новые сокровища (неудачно).
Превосходно сохранившиеся кости гигантских ящеров покрывали большую часть долины. Палеонтологи с радостными восклицаниями бросались то в одну, то в другую сторону. Шоферы и рабочие заразились их энтузиазмом и приняли участие в осмотре (канцелярит), весело удивляясь необыкновенному зрелищу(а окончание корявоватое).
Только часть костей свободно лежала на поверхности, другие еще находились в темном песчанике и гальке. Кости торчали повсюду в промоинах, переполняли обнаженную на бугорках породу, громоздились целыми скоплениями».
Теперь стало понятно, Ефремов точно знал, где искать, потому что пользовался новой методикой, следовательно, методика работала. Огромные кости лежали прямо на земле. Зрелище наводило на мысли о битвах драконов, произошедших в былинные времена.
«В результате первой экспедиции 1946 года было доказано неслыханное палеонтологическое богатство гобийских межгорных впадин. – Пишет И.Ефремов в «Дороге ветров. Гобийские заметки». – Перед нами встала новая задача – взять эти богатства, заставить их служить науке. Эта задача была сложнее выполненной нами. Раскопки динозавров – этих гигантов прошлого Земли – могут быть сравнены с серьезным промышленным предприятием – добычей руды или другого полезного ископаемого. Размеры скелетов «средней величины» динозавров – пятнадцать-шестнадцать метров при весе ископаемого окаменелого костяка в несколько тонн. Самые крупные динозавры – зауроподы, остатки которых тоже были найдены экспедицией 1946 года, достигают двадцати пяти метров длины, и костяки их весят уже по нескольку десятков тонн. Если добавить к этому, что полная очистка скелета от породы - работа настолько трудоемкая, что длится годы, и поэтому на месте раскопок приходится брать скелет с облекающей его породой, расчленяя его лишь на отдельные глыбы – монолиты, то станет ясным, что раскопки динозавров технически еще сложнее добычи полезных ископаемых. В самом деле, нужно не только извлечь из земли кости, но извлечь их целыми в виде больших глыб огромной тяжести. Эти глыбы перевезти из труднодоступных бездорожных районов Гоби за тысячу километров к железной дороге. Нужно не только завезти в Гоби большую группу рабочих, препараторов и ученых-исследователей, обеспечив их всем необходимым, но и доставить в безводные гобийские впадины большие количества лесоматериалов, гипса, воды и горючего, необходимых для ведения раскопок и упаковки добытых коллекций».
НЕТ ПЕРЕХОДА! Эту цитату надо вставить выше – там, где идет описание того, что увидели члены экспедиции. Получается контраст. Увидели – богатство. Чудо. А вывезти – тяжелейший труд. А у вас получается: погрузили ваганомами – как дрова – и айда в Москву) – эта очень важная и нужная цитата должна на время охладить наш восторг.
Успех был огромен! Подобные этому открытия случались в разных странах, но до сих пор во многих американских учебниках и справочниках по палеонтологии Ефремова называют «отцом» современной палеонтологии, соединившим геологические и палеонтологические данные в единую науку.
Поэтому никто не удивился, что сразу же по возвращению( по возвращении – канцелярит. Проще и лучше: после возвращения. Но почему кто-то должен удивляться. Это совсем ник чему )
После возвращения Ивана Ефремова из Монголии, его труд наконец-то опубликовали. (Переход!!! Но впечатления от поездки в Монголию … закончить про повесть) Ефремову еще Монголия принесла Ефремову документальную повесть «Дорога ветров», отрывки из которой начали публиковать в 1954 году в «Комсомольской правде».
За тенью минувшего
Но вернемся к
История одного прототипа
В 1937 году в лаборатории И.А.Ефремова Палеонтологического института в Москве появилась новая сотрудница Мария Фёдоровна Лукьянова (1906–1979) в будущем советский палеонтолог, заведующая препараторской Палеонтологического института АН СССР, опытный препаратор и раскопщик. Нетрудно посчитать, что в то время ей исполнился всего 31 год, и называли ее никак не Мария Федоровна, а просто Маруся. Именно под этим именем она вошла в рассказ «Тень минувшего».
Уже через год работы в лаборатории, Ефремов взял Марусю в экспедицию в Татарскую АССР местечко Ишеево, где она трудилась наравне со всеми остальными, с азов постигая эту не самую легкую науку. Одной из первых её препараторских работ была очистка неполного скелета хищного диноцефала Doliosauriscus из этого местонаходжения. В процессе работы Лукьяновой был обнаружен череп лантанозуха, позднее описанный И.Ефремовым как новый вид – Lanthanosuchus watsoni[1].
Не удивительно, что после такого более чем удачного старта, Лукьянова участвовала в качестве раскопщика и препаратора во всех экспедициях И.А.Ефремова в Поволжье, Приуралье, Гоби (Монгольская палеонтологическая экспедиция АН СССР) и др. В 1959–1960 годах работала в составе Советско-Китайской палеонтологической экспедиции.
Интересный факт: В 1955 году на «Ереванской киностудии» был снят художественный фильм «Призраки покидают вершины». Режиссеры кинокартины: Эразм Карамян и Степан Кеворков, авторы сценария: Эразм Карамян и Григорий Колтунов. В титрах Ефремов не упоминается, но знакомые с его творчеством читатели без труда определили, что в основу киносценария лег рассказ Ивана Ефремова «Озеро горных духов», написанный им в 1944-м и опубликованный в 1946 году.
Озеро высоко в горах, в этом месте люди то и дело замечают таинственные тени. Местная легенда называет их «горными духами». Многие пытались добраться до спрятанного самой природой озера, но мало кому это удавалось. Но однажды озеро обнаружили участники геологической экспедиции, которые поняли, что перед ними редкое ртутное озеро, которое и было причиной этого необычного явления.
Авторы сценария дали героям другие имена и предусмотрительно расположили озеро в ином месте, что, однако не помешало быстро дознаться до правды.
Глава непонятно зачем написанная. Какое она имеет отношение к Ефремову? Хороший помощник? И все? )
Переходя в легенды
Наверное, Ефремов так бы и ездил по всем этим замечательным раскопкам, извлекая из-под земли все новых и новых чудовищ, но судьба имела на него другие планы. В начале войны ученый был эвакуирован в Алма-Ату (Казахская ССР), оттуда — во Фрунзе (Киргизcкая ССР), где заболел тяжёлой формой лихорадки тифозного типа, . Болезнь надолго приковала Ефремова к постели. Что привело к неожиданному результату, бившая подобно гейзеру энергия Ефремова устремилась по новому руслу (он до этого уже писал!!! Это не новое русло!) , он начал писать «рассказы о необыкновенном», в которых сочетается научная фантастика и приключения. В этих рассказах он предсказал открытие алмазных месторождений в Якутии и голографию (Тогда зачем об этом было написано выше??? Опять перескок)
Небольшой повестью «Катти Сарк» Ефремов непосредственно (КАК? Он привлек внимание к судьбе парусника и энтузиасты отреставрировали его. Сейчсас «Катти Сарк» стоит на берегу Темзы) повлиял на судьбу знаменитого британского парусника, ныне отреставрированного энтузиастами и стоящего на берегу Темзы. В 1949 году он создал «Путешествие Баурджеда», в 1953 «На краю Ойкумены», объединённые общим заглавием «Великая дуга». 1957 «Туманность Андромеды». Затем «Лезвие бритвы», «Час Быка» и в 1972 году выходит последний роман писателя «Таис Афинская», который он так и не увидел изданным.
Ефремов умер от сердечной недостаточности в 65 лет, и был похоронен на кладбище в поселке Комарово. Но спустя еще много лет, его читатели продолжали присылать в редакции письма для Ивана Антоновича, будучи уверенными в том, что тот жив. Возможно, причиной такой ошибки сделались посмертные издания рассказа «Каллиройя» и повести «Тамралипта и Тиллоттама», фрагменты которой вошли в роман «Лезвие бритвы» – то немногое, что удалось обнаружить и извлечь из архива писателя. А может быть потому, что Иван Антонович обладал воистину титанической энергией, позволяющей думать о Ефремове как о человеке, который был просто обязан побороть смерть, дабы вернуться в этот мир обновленным с очередными грандиозными планами и оригинальными идеями.
(Это не наша тема!!!) Как я уже писала выше, после смерти Ивана Антоновича в его квартире был произведен тщательный многочасовой обыск, что искали в доме покойного фантаста — так и осталось неясным. По одной из версий «антисоветскую пропаганду», по другим свидетельств того, что писатель умер насильственной смертью. Об этом в своей (а в чьей же еще он может писать?) статье «Туманность» пишет А.Измайлов, ссылаясь на В.Королева, в то время как Н. Петров, О. Эдельман цитируют того и другого в статье: «Шпионаж» и «насильственная смерть» И.А.Ефремова». Да, именно шпионаж, причем, если вначале о Ефремове шептались как о человеке, которому помогли найти те самые кости динозавров в Монголии, то позже было выдвинуто предположение, будто бы в Монголии Ефремова и самого подменили, вернув вместо него похожего на Ивана Антоновича как две капли воды шпиона-двойника. Исходя из этой версии как раз и было внесено предположение, что желая после избавиться от своего шпиона, Ефремова отравили, послав ему отравленное письмо. В.Королев так и пишет, будто бы писатель скончался за своим рабочим столом, перед смертью вскрыв подозрительный конверт. По свидетельству супруги, Ефремов умер ночью в своей постели.
По поводу версии «шпионажа» или «антисоветской деятельности» говорило и то, что после смерти писателя было запрещено издание пятитомного собрания его сочинений, а роман «Час быка» изымался из библиотек. «Таким образом, до середины семидесятых годов Ефремова не издавали, о нем стало нельзя упоминать даже в специальных трудах по палеонтологии, хотя Ефремов являлся основоположником целого научного направления. Причины запрета остались неясными»[2].
Вот какие страсти по Ивану Ефремову, впрочем, ничего странного. Бросьте камень в воду, по поверхности побегут круги. А обрушьте скалу? Да, масштаб личности писателя и ученого Ивана Антоновича Ефремова сопоставим не то что с горой, а наверное с целым континентом. Возможно что-то подобное происходило после того, как ушла под воду Атлантида, нам же остается только перечитывать удивительные книги Ефремова в который уже раз восторгаясь его гением.
[1] Ивахненко М.Ф.Тетраподы Восточно-Европейского плакката – позднепалеозойского территориально-природного комплекса.
[2] Н. Петров, О. Эдельман. «Шпионаж» и «насильственная смерть» И. А. Ефремова».