Откровенный и очень личный разговор с легендарным журналистом
В фильме о Париже, который вы сняли вместе с Иваном Ургантом, есть сцена, где вы показываете дом, в котором родились, и рассказываете про особый этаж для незаконнорожденных детей. Я был знаком с итальянским режиссером, маэстро Франко Дзеффирелли, который рассказывал мне, какая была мука для его мамы родить его вне брака и как клеймо бастарда преследовало его долгие годы. Вы когда-нибудь ощущали это на себе?
Никогда. Во-первых, не стоит сравнивать католическую Италию с Францией. Французы совсем не такие ханжи. Во-вторых, мы после моего рождения уехали из Франции очень быстро. Мне было три месяца, когда мы переехали в Америку. А там проблема моего незаконного происхождения никого особо не волновала. Но сейчас я думаю, что мама неслучайно рожала в этом тайном заведении, а не в обычном роддоме. Не хотела привлекать внимание. Все-таки в 1934 году рожать ребенка вне брака считалось неправильным.
А вы спрашивали своего отца, почему он не женился на вашей маме?
Да, конечно. Дело в том, что он меня не хотел. Он не хотел жениться. Хотел еще погулять. Мама родила, потому это надо было ей. Она хотела сына. Поэтому при первой же возможности мы покинули Францию. Она не хотела создавать проблем отцу. В Америке жила ее мать и сестра. Там она продолжила работать на голливудской студии Paramount.
В чем же секрет русско-французских браков?
У меня было не так много возможностей их наблюдать. Скажу только, что счастливых или даже просто удачных браков было гораздо меньше, чем несчастных, распавшихся. Все-таки очень разные характеры. Французы и русские не похожи ни в чем. Говорят, что русские похожи на американцев. Но это, на мой взгляд, чушь! Скорее на ирландцев. Те так же любят выпить, поскандалить, подраться. Такие же взлеты и падения, постоянная смена настроений. И, безусловно, врожденный литературный дар.
Я видел ваши юношеские фотографии. Вы были очень красивым мальчиком с такими рысьими, грустными глазами и чувственным ртом. Похоже, очень самолюбивый. Когда вы поняли, что нравитесь женщинам?
Довольно рано. Мне было лет 16, когда я это понял. Если говорить о серьезных отношениях, то они начались, когда мне было 17. Моей подруге на тот момент было 34. Я потерял невинность, переспав с женой сотрудника торгпредства в Берлине. Но знаете, несмотря на то что я нравился женщинам, я был уверен: в отношения надо вступать, только если сам любишь. Сексуальных контактов у меня было гораздо меньше, чем я мог бы иметь. Все-таки одного влечения мало. Главное — любить.
Вы много раз признавались в любви Парижу. Знаю, что отмечали даже там свой юбилей. За что вы больше всего любите Францию?
Знаете, иной раз гораздо проще объяснить, за что не любишь, чем за что любишь. Есть некий французский дух, который не выразить словами. И вот это я обожаю. Я чувствую тончайшие оттенки французского юмора, это их неповторимое искусство жить, их умение дружить и любить. Удовольствие от жизни, которое они способны смаковать как никто. Больше я нигде этого не встречал, хотя поездил по миру немало.
Беседовал Сергей Николаевич
Читайте также:
Мужской разврат как ошибка эксперимента
Ад здесь. Зачем смотреть фильм «Продукты 24»
Разложили по полочкам. Где купить мебель из IKEA