Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

“Гоголь центр” закрыт. А жизнь продолжается и ничего не меняется.

Ну вот и пошла писать губерния… Или… началось в колхозе утро. “Закрывают “Гоголь центр””. “Революция в культурной среде”. “Убили театр”. Но, ведь, действительно, не одного “Гоголь центра” коснулось. “Школа современной пьесы”, “Современник” тоже поменяли свое руководство, режиссеров и директоров. Если с “Гоголь центром” более менее понятно. Его “черное знамя”, антисоветчик и растратчик Кирилл Серебренников планомерно вел свой проект к чему-то подобному. Вы меня извините, нельзя во время военных действий, в которых участвует твоя страна выпускать спектакль с названием “Я не участвую в войне”. Да, по стихам поэта фронтовика, прошедшего Великую Отечественную. Да это строчка из его стихотворения. Но, у него это не антивоенный марш. Это трагедия. Человеческая трагедия. Личная трагедия: “Ну что с того, что я там был. Я был давно, я все забыл. Не помню дней, не помню дат. И тех форсированных рек. Я неопознанный солдат. Я рядовой, я имярек. Я меткой пули недолет. Я лед кровавый в январе. Я креп

Ну вот и пошла писать губерния… Или… началось в колхозе утро. “Закрывают “Гоголь центр””. “Революция в культурной среде”. “Убили театр”. Но, ведь, действительно, не одного “Гоголь центра” коснулось. “Школа современной пьесы”, “Современник” тоже поменяли свое руководство, режиссеров и директоров. Если с “Гоголь центром” более менее понятно. Его “черное знамя”, антисоветчик и растратчик Кирилл Серебренников планомерно вел свой проект к чему-то подобному. Вы меня извините, нельзя во время военных действий, в которых участвует твоя страна выпускать спектакль с названием “Я не участвую в войне”. Да, по стихам поэта фронтовика, прошедшего Великую Отечественную. Да это строчка из его стихотворения.

Но, у него это не антивоенный марш. Это трагедия. Человеческая трагедия. Личная трагедия: “Ну что с того, что я там был.

Я был давно, я все забыл.

Не помню дней, не помню дат.

И тех форсированных рек.

Я неопознанный солдат.

Я рядовой, я имярек.

Я меткой пули недолет.

Я лед кровавый в январе.

Я крепко впаян в этот лед.

Я в нем как мушка в янтаре.

Ну что с того, что я там был.

Я все забыл. Я все избыл.

Не помню дат, не помню дней,

названий вспомнить не могу.

Я топот загнанных коней.

Я хриплый окрик на бегу.

Я миг непрожитого дня,

я бой на дальнем рубеже.

Я пламя вечного огня,

и пламя гильзы в блиндаже.

Ну что с того, что я там был.

В том грозном быть или не быть.

Я это все почти забыл,

я это все хочу забыть.

Я не участвую в войне,

война участвует во мне.

И пламя вечного огня

горит на скулах у меня.

Уже меня не исключить

из этих лет, из той войны.

Уже меня не излечить

от тех снегов, от той зимы.

И с той зимой, и с той землей,

уже меня не разлучить.

До тех снегов, где вам уже

моих следов не различить”.

А из этой трагедии делают плакат и транспарант для митинга. И все это называется “гражданской позицией”. “Творческим высказыванием”. “Свободой слова”. А, как по мне, это просто фига в кармане, не имеющая к творчеству никакого отношения. Честно признаюсь, я был в “Гоголь центре” один раз на спектакле “Отморозки”. Спектакль отвратен. На мой вопрос что же в нем видят те, кто был от него в восторге, услышал: “Ну это же то, что пишут в интернете, а тут на театральной сцене…” По-моему сомнительный аргумент для театрального события.

В общем, за что боролись, на то и напоролись. Про “ШСП” и “Современник” ничего сказать не могу. Я не театрал. В “Школе современной пьесы” был тоже единожды, но на вечере Гордона посвященному Дню Победы. Это были тоже стихи и проза. Тоже о войне. Тоже фронтовиков. Это был настоящий театр, а не “то, о чем пишут в интернете”. В “Современнике” я не был вовсе.

Но, вот я наткнулся на высказывание Григория Заславского, ректора Российского института театрального искусства (ГИТИС) по поводу именно этих трех кадровых перестановок в московских театрах, часть которых он понимает, а части не находит объяснения: “...мы сегодня в очередной раз сталкиваемся во всех областях с кризисом экспертизы, с которым мы сталкиваемся на протяжении последних 30 лет. Любой человек, по сути, у нас может решать, кто будет управлять предприятиями, театрами. Поэтому одни решения получаются — случайно — удачными, а другие — катастрофичными».

И в этом мне кажется ответ, а в нем никакой политики. Одна сплошная человеческая природа. Люди средних способностей и компетенций получают места, с которых можно принимать решения. Не имея к этому никакого экспертного соответствия такому месту. Это все те же люди, что судили Бродского и отправили его в “творческую командировку” под Архангельск”, о чем я писал совсем недавно. Беда-то еще в другом, что руки им развязывают такие “борцы с режимом”, которые творческий талант меняют на якобы “гражданскую позицию” и из гениальных стихов делают обличительные карикатуры из “Крокодила” времен Советского союза.

Делом надо заниматься, дорогие театральные режиссёры, а не превращать театр в антивоенный митинг. Сами себе в ногу стреляете.

.................................................................

Телеграм канал здесь... https://t.me/gopiusstorytelling