Эта статья сопровождает 10-й эпизод подкаста The Anthill о будущем.
От людей до Западного мира, от нее до бывшей машины и от агентов Щ.И.Т. до Черного зеркала - почти будущая научная фантастика в последние годы дала зрителям некоторые серьезные тревожные и пророческие видения будущего. Согласно этим альтернативным или воображаемым будущим, мы сталкиваемся с постчеловеческой реальностью, когда люди либо восстают, либо заменяются своими собственными творениями. Эти истории предлагают будущее, в котором наша жизнь будет преобразована наукой и технологиями, переопределяя, что значит быть человеком.
Поджанр научной фантастики в ближайшем будущем представляет себе будущее всего в нескольких минутах от периода его производства.
Channel 4/AMC's Humans представляет себе ближайший будущий или альтернативный мир, где передовые технологии привели к разработке антропоморфных роботов, называемых Syths, которые в конечном итоге обретают сознание. По мере того, как синтезаторы становятся все более неотличимыми от людей, сериал исследует представления о том, что значит быть человеком: социально, культурно и психологически.
Вторая серия была особенно посвящена правам, связанным с умением думать и чувствовать, и правом на справедливое судебное разбирательство. Оди, устаревший Сит NHS, который появляется в обоих сезонах, выбирает форму самоубийства (возвращаясь к своей первоначальной обстановке и отвергая сознание), так как он не может справиться со своей новой реальностью.
Роботы, которые населяют будущий тематический парк в Westworld, также представлены как игровые вещи сверхбогатых. В обоих случаях вымышленные ученые, создавшие этих андроидов, Дэвид Элстер (Люди) и Роберт Форд (Мир Дикого Запада), намеренно проектируют или предусматривают, чтобы их творения «стали людьми» с различными намерениями и как утопическими, так и антиутопическими возможностями. Обе серии ставят под сомнение различие между «настоящим» и «фейковым» сознанием и сложностями воплощения творения в жизнь.
Слишком правдоподобно
Задача научной фантастики в ближайшем будущем заключается в том, что для того, чтобы она была правдоподобной, она должна тесно соответствовать последним разработкам в области науки и техники. Это означает, что у него есть потенциал устареть или даже сбиться при жизни своего создателя. Новостные репортажи и комментарии таких ученых, как Стивен Хокинг, об опасностях ИИ и опасениях, что «человечество может быть архитектором своего собственного уничтожения, если оно создаст суперразведку со своей собственной волями», делают страхи, сформулированные на экране, более реальными и более пугающими.
Некоторые из самых популярных научную фантастики сегодня берет реальную науку и следует за ней до возможного завершения, показывая, что она может оказать непосредственное влияние на каждую нашу жизнь, а не только на далекое будущее глобальные и межгалактические события. Истории о ближайшем будущем распространились, потому что они популярны как среди зрителей, так и у кинематографистов. Они позволяют обсудить последствия правдоподобных изменений, таких как искусственно интеллектуальная операционная система Саманта (озвученная Скарлетт Йоханссон) в фильме Она или контролируемые мыслями контактные линзы, которые появляются в различных формах в эпизодах "Черного зеркала Чарли Брукера".
Эти ближайший будущий фантастика предлагают пророческую альтернативу другой научной фантастике, действие которой происходит в далеком будущем. Рассмотрим, например, тревогующую актуальность сказки служанки. Роман Маргарет Этвуд был адаптирован для небольшого экрана и выйдет в эфир в конце апреля. Действие происходит в теократической республике, разделенной по признаку пола, которая зациклена на богатстве и классе. Женщины оцениваются в соответствии с их способностью размножаться в ближайшем будущем, когда экологические бедствия и безудержные заболевания, передаваемые половым путем, сделали большую часть населения бесплодной.
На фоне растущих опасений перед религиозным консерватизмом в Америке Трампа Самира Уайли, одна из звезд новой адаптации, отмечает, что она «показывается нам климат, в котором мы живем [и], в частности, женщин и их тела, и кто контролирует наши тела».
Альтернативные миры научной фантастики и воображаемое будущее - будь то антиутопическое или утопическое - заставляют аудиторию смотреть на свою собственную реальность и думать о том, как изменения в наших обществах, технологиях и даже наших собственных телах могут сформироваться и напрямую повлиять на наше собственное будущее. Будь то позитивное или негативное будущее, научная фантастика пытается спровоцировать ответ, подчеркивая вопросы, которые должны решаться всеми, а не только учеными и правительствами.
Прошлый шок
В некотором смысле научная фантастика догнала нас. Идея о том, что у нас могут быть слуги Android или личная связь с нашими компьютерами, была кристаллизована личным помощником Apple Siri. Исследования самовосстанающих имплантатов привели к перспективе улучшения нашего тела, чтобы сделать нас больше, чем человек, все ближе.
Будущее не такое надуманное, как раньше, и часто кажется, что будущее, которое мы видим на экране, уже должно быть здесь, или уже здесь, даже когда их нет. Возможно, мы переходим от того, что футурист Элвин Тоффлер назвал «будущим шоком», к своего рода «прошлым шоком».
Тоффлер определил будущий шок как "слишком много изменений за слишком короткий промежуток времени" - подавляющее психологическое состояние, которое влияет как на общества, так и на отдельных лиц, которые не могут идти в ногу со скоростью технологических изменений, которые, кажется, постоянно переопределяют концепции себя и общества. Но теперь мы, возможно, вступаем в эпоху «прошлого шока», когда мы можем представить и принять технологические изменения задолго до того, как они были разработаны или даже запатентованы. Шок больше не в скорости технологических изменений, а в его очевидном замедлении, так как ученые не могут идти в ногу с нашим собственным воображаемым будущим.
По мере того, как грань между реальной наукой и научной фантастикой становится все более изменчивой, будущее становится ближе, чем когда-либо раньше.