Вся усталость, накопившаяся в нем за последние дни, все напряжение и боль вдруг навалились на него, и он упал лицом в подушку.
Ему показалось, что он потерял сознание, что сейчас он провалится в какую-то бездонную пропасть и сомкнет за собой крепкие стальные заслонки с таким грохотом, что небо расколется.
К нему опять приблизился тот, кто прошлым летом только на горизонте появился…
- Слава богу, ты пришел в себя, - произнес он, - я уж думал, что ты никогда не очнешься.
- Послушай, я вообще не понимаю, как это могло случиться.
Молчанов помолчал, словно собираясь с мыслями. Затем он присел на край кровати и тихо продолжил:
- Я лежал, накрывшись с головой. И вдруг почувствовала, как кто-то трясет меня. Открыла глаза и увидела тебя. Ты стоял рядом, смотрел на меня и плакал. Я не понимала, что происходит. А потом ты просто подхватил меня на руки и отнес в дом. Мы лежали на полу в какой-то комнате, а вокруг суетились люди. Ты мне что-то говорил, но я ничего не слышала, - Нина смотрела на него с мольбой во взгляде. - Не сердись на меня, Слава, хорошо? Я не знала, что мне делать и как себя вести.
И тут ты снова заплакал, и я не знала как успокоить тебя, не знала что мне говорить, и зачем я вообще сюда попала. А ты не отпускал меня, и все повторял, что мы должны быть вместе, и мы будем вместе. Я все поняла. И тогда я взяла тебя за руку, и сама почувствовала что- то странное. Там была капля, а потом еще одна, и еще, а через какое-то время я увидела тебя, Славка, в твоём сердце. Мы не могли быть вместе. Но мы были, и это самое главное, я знаю.
Требовалось время, чтобы все это осознать, но мы были вместе, я люблю тебя, Слава. И я боялась, что когда ты очнешься, то опять скажешь, что было не так. Но теперь все иначе, я - твой человек, и ты - мое счастье.