В 1994 году кинорежиссёр Александр Рогожкин приступил к съёмкам фильма по своему сценарию «Особенности национальной охоты». Историю о перевозке коровы в бомбоотсеке режиссёру рассказали знакомые лётчики.
Рогожкин не стал выяснять было ли это правдой или всего лишь лётной байкой и вписал эпизод в сценарий, уж больно ему понравилась эта история. Художникам-постановщикам была поставлена задача, над которой они долго думали: как снять висящую в люке самолёта корову.
Наконец, решение было найдено – корову подвешивали в гамаке. Никто не заставлял животное принимать неестественную позу – это сделали с помощью компьютерной графики. И получилось очень правдоподобно.
Чтобы животное не сильно утомлялось, решили корове взять двух дублёрш-бурёнок. Они и сменяли друг друга на съёмочной площадке. И тут уже пришлось поработать гримёрам. Чтобы зрителям казалось, что это одна и та же корова, дублёршам просто нарисовали нужные пятна гуашью.
Создатели фильма уверяли, что ни одно животное не пострадало. Но кое-где гуляет информация о том, что одна корова всё же выпала из грузового отсека и была забита на мясо.
***
Эту историю рассказал Александр Адабашьян. Была очень сложная съёмка. Киногруппа в полном составе четыре раза выезжала на место, каждый раз с ночи выставляли на берегу озера осветительные приборы, операторскую технику, одевали и гримировали актёров. И всё это происходило в темноте на холоде.
Однако, когда предрассветным сиянием озарялся небосклон, выяснялось, что солнце за тучкой и прекрасная гладь озера не отражает его огненного диска в замёрзших водах, похожих на пыльный рояль. Или ветер менял направление и романтический туман, создаваемый пиротехниками, уносило резко в сторону.
И вот, наконец, настало утро, когда всё сложилось – небо безоблачное, туман на месте, актёры на своих местах. Камера на тележке медленно наезжала на финальную крупность, вся группа двигалась рядом с тележкой, в предвкушении заветного вопля «Снято!».
- Красиво, блин, офигенно! – страстно прошептал оператор.
- Не сглазь! – сурово прошипел ассистент и, сплюнув через левое плечо, стал искать обо что деревянное постучать.
Ничего не нашёл, кроме коробки аккумулятора. Постучал трижды по ней согнутым пальцем и… камера замерла навсегда.
***
В 1984 году Эльдар Рязанов приступил к съёмкам фильма «Жестокий романс». Маленькую тайну картины приоткрыла художник по костюмам Наталья Иванова.
Оказывается, в качестве основы режиссёр задумал взять не одну пьесу Островского «Бесприданница», а две. Второй была «Без вины виноватые». В ней актриса Кручинина, в которую влюбляется Кнуров (Алексей Петренко), а на сцену актриса выходит с Аркадием Счастливцевым – Робинзоном (Георгий Бурков).
На роль Кручининой режиссёр пригласил Людмилу Гурченко. Фильм снимали в Костроме. Накануне съёмок Наталье позвонила ассистентка режиссёра и сообщила, что костюмы Гурченко пропали, их не довезли на поезде. Все были, конечно, в шоке, но нужно было что-то делать.
Иванова в экстренном порядке среди ночи стала искать в костюмерном цехе вещи, кружева и другие детали платьев, чтобы перешить. И справилась с этим. Когда она привезла в Кострому новые наряды для Гурченко, актриса выдала такой вердикт:
- Знаешь, а эти костюмы мне даже больше нравятся!
Только всё оказалось напрасно – всю линию Кручининой режиссёр убрал из картины, потому что она не умещалась в нужный хронометраж и утяжеляла фильм.
- Людмила Марковна переживала ужасно, - поделилась с журналистами художник по костюмам, - Для неё словно кусок жизни полетел в корзину.
Кстати, пропавшие костюмы позже нашлись в пожарных ящиках «Мосфильма». Как они туда попали, так и осталось загадкой.
Спасибо, что дочитали до конца. Пишите комментарии.
Понравилась статья? Ставьте лайк.
Вы не пропустите новое, если подпишетесь на мой канал.
Дорогие читатели! Дзен ввел новые правила. Теперь успех канала зависит от новых читателей. Чем больше их будет, тем лучше! Если вы поделитесь с друзьями ссылкой на мой канал, будет очень здо́рово!
Ссылки на другие байки: