Говорят, что имя определяет судьбу человека. Видимо, родители моей бывшей одноклассницы считали так же, когда решили назвать дочь Анжеликой – в честь той самой маркизы ангелов.
Про внешность сказать ничего не могу: Анжелика и в самом деле выглядела, как настоящий ангелочек, с вьющимися светлыми волосами и огромными голубыми глазами, каких я ни у кого не видела. До встречи с Анжеликой (а перевелась она к нам в пятом классе) я вообще не думала, что такой цвет бывает у людей, но, оказывается матушка-природа может расстараться, когда захочет.
Но, видимо на глазах, волосах и нежной коже природа и решила остановиться, потому как характер у Анжелики был далеко не ангельский, только вот она всё делала для того, чтобы об этом никто не узнал. Почему? Ну так она ведь небесное создание, которому не свойственны гнев и ревность, которое не умеет затаивать обиду и ругаться, а должно всегда радостно улыбаться и смеяться, и при каждом удобном случае демонстрировать всем свою доброту.
Правда, это я поняла гораздо позже, лет через десять.
В то время же я считала, что Анжелика с огромным наслаждением купается в лучах всеобщей любви. В число её тайных и не очень обожателей входили и одноклассники обоих полов, и ребята постарше, и учителя, и многочисленные родственники, и даже бабушки у подъездов, обычно костерящие всех прохожих направо и налево, души в ней не чаяли. Да что там говорить, и я была среди тех, кто настойчиво набивался в друзья Анжелики, просто потому что она была звездой.
Из всего нашего окружения только один человек открыто недолюбливал Анжелику – моя другая одноклассница и, по совместительству, соседка по лестничной клетке Вера.
В противовес весёлой и задорной Анжелике, Вера всегда ходила угрюмая, зыркая на окружающих из-под насупленных бровей, а потому друзей не имела от слова совсем. Я относилась к ней более снисходительней, потому что знала, что Вера живёт с одной только мамой, женщиной, скажем так, не самых высоких моральных принципов, которая каждый месяц приводила домой нового мужчину. Немудрено, что с такой домашней обстановкой Вера со всеми вела себя тихо и настороженно, но именно Анжелику не переваривала от слова совсем.
Сама Анжелика, казалось, не замечала никакой враждебности по отношению к себе, а потому настойчиво пыталась подружиться с нелюдимой «дикаркой», но всякий раз Вера лишь отмахивалась и всем своим видом показывала, что якшаться со звездой класса не намерена.
Анжеликой все ещё больше восхищались - как же, не побоялась протянуть руку к нелюбимой всеми девочке, от чистого сердца ей дружбу предложила, а та, неблагодарная, отказала, да ещё и так грубо.
- Притворщица она, - как-то сказала мне Вера, когда я поинтересовалась причиной такого отношения к Анжелике. – На виду у всех улыбается, всем помочь готова, вся такая добрая-бескорыстная, а за глаза такие рожи строит, что сразу понятно – на окружающих людей ей до лампочки. Притворщица она, не дружи с такой.
В тот момент я пропустила предупреждения Веры мимо ушей, подумав, что она просто завидует популярности Анжелики, вот и наговаривает.
А потом произошёл случай, который я вспомнила только спустя годы, когда впервые после окончания школы встретилась с Анжеликой.
Подарили ей на день рождение родители шикарный косметический набор: помада, тени, подводка для глаз, румяна. Ни у кого в классе, да и в школе, по-моему, такого не было, все девчонки вокруг Анжелики собирались, просили диковинные вещицы хоть в руках подержать. А потом пришла пора просьб: а дай мне помадой попользоваться, а можно я эти тени ненадолго одолжу, ты ведь не против? И Анжелика без лишних слов, с улыбкой от уха до уха, протягивала своим поклонницам всё, о чём они просили, пока в конце концов её косметичка полностью не опустела.
И вот, однажды я застала Анжелику плачущей в женском туалете. Увидев меня, одноклассница попыталась как можно скорее привести себя в порядок, но скрыть опухшее от слёз лицо было невозможно.
На моё беспокойство она лишь отмахнулась, сказав, что расстроилась из-за плохой оценки, но поняв, что я не верю (Анжелика была одной из двух отличниц во всём классе), в итоге призналась, что с того самого дня, как родители преподнесли ей столько роскошный подарок (со дня рождения Анжелики прошло примерно три месяца), она пользовалась им всего пару раз, так как другие девчонки расхватали всё, а отдавать не спешат.
- Так попроси свою косметику назад, в чём проблема-то? – не поняла я.
- Да как же я могу? Меня тогда сочтут жадиной, которой простой помады для подруг жалко, а я ведь совсем не такая…
При этом лицо Анжелики приняло такое озабоченное выражение, словно она, казалось, сама не поверила в то, что сказала.
Этот инцидент произошёл классе в десятом, а стёрся из памяти потому, что с того момента я всегда видела Анжелику лишь весело улыбающейся, как будто она никогда и не плакала, зажавшись в туалетной кабинке.
С той поры много воды утекло. Наш класс выпустился, все разъехались поступать, кто куда. Так как близких друзей за время учёбы я не нажила, а встречи выпускников посещать не горела особым желанием, то и о судьбе бывших одноклассников, а в особенности Анжелики, была ни сном ни духом целые десять лет.
И вот, в один прекрасный день я, уже довольно успешный ландшафтный дизайнер, жена и мать, решила обновить причёску. Коллега посоветовала сходить в недавно открывшийся новый салон, где, как она сказала, работает настоящий чудо-мастер.
Думаю, вы уже догадались, кто был этим расчудесным парикмахером.
Правда, Анжелику я поначалу не узнала вообще. Любительница нежных пастельных тонов, она была одета во всё тёмное, некогда роскошные волосы были коротко подстрижены и покрашены в чёрный цвет, на ногтях был лак… да, тоже чёрного цвета.
Обнялись, как полагается, немного повспоминали прошлое, потом Анжелика приступила к стрижке. Во время сеанса я вскользь упомянула её новый внешний вид, сказав, что от кого-кого, а от неё я такого радикального преображения не ожидала.
- Да мне всегда нравилось носить такое, - призналась Анжелика, чем изрядно меня ошарашила. – Просто родители всегда говорили, что раз имя у меня «ангельское», значит и одеваться я должна, как ангелочек. Никаких толстовок и брюк, только платья, юбочки и кофточки. И к поведению это тоже относилось: с детства мне в голову вдалбливали, что если я буду доброй и скромной, готовой отдать последнюю рубашку, то меня все полюбят. А я, дура, столько лет их слушала, думала, что я не должна испытывать негатив к другим людям, что это со мной что-то не так, раз я чувствую и зависть, и злость. Только в институте поняла, что мир-то по-другому устроен, и терпилам, которые вечно стараются угодить другим, в нём очень трудно живётся.
Как оказалось, Анжелика, опять же с родительской подачи, поступила в педагогический, но, отучившись два курса, впервые в жизни взбунтовалась: не нравится, не моё, дальше учится не буду. Мама с папой пытались настроить своего «ангелочка» на путь истинный, но Анжелику уже, как она говорит, понесло: бывшая одноклассница полностью обновила гардероб, прошла курсы парикмахеров и стала довольно востребована в своём деле, но, что самое главное, дала волю свои настоящим чувствам и эмоциям, решив жить и вести себя так, как хочет она.
Как сказала Анжелика:
- Пускай я и не ангел, зато теперь точно знаю, как проложить путь на вершину. Окружающие… А что мне до их мнения? Если они поддерживают меня и принимают такой, какая я есть, то милости прошу со мной, вперёд и только вперёд. Если же нет – оставляю таких позади, потому что расправить крылья можно и без их помощи.
И это – её выбор.
А если у вас есть свои истории, которыми бы вы хотели поделиться, отправляйте их на почту sunshine.666888@mail.ru