- Бедир стоял в строю взвода. Ел глазами начальство. Молодой эфенди хмурился. Пытался скрыть смущение. В строю аскеры от 30 до 50. Резервисты редифа. Набирали со всей Румелии. Все были похожи друг на друга. Крепкие крестьяне. Любящие свою землю, жен, детей, ракию и карты по субботам. Не любящие воевать. В них не чувствовалось бойцовского духа.
- Бедир ничего не понимал в тактике. Кивал головой, подтверждая слова эфенди. Не забывая оглянуться, выглядывая, нет ли поблизости полевой жандармерии.
- Не уберег я парня! - корил себя Бедир, останавливаясь, чтобы пропустить последнего солдата из взвода. Чтобы не отстал. Взвалил застрелившийся офицер на него ответственность. Теперь он отвечал за этих 30 крестьян, поневоле ставших солдатами.
Бедир стоял в строю взвода. Ел глазами начальство. Молодой эфенди хмурился. Пытался скрыть смущение. В строю аскеры от 30 до 50. Резервисты редифа. Набирали со всей Румелии. Все были похожи друг на друга. Крепкие крестьяне. Любящие свою землю, жен, детей, ракию и карты по субботам. Не любящие воевать. В них не чувствовалось бойцовского духа.
Цикл рассказов о Первой Балканской войне 1912-1913 годов
Среди них мало вояк. Только Бедир и бывший артиллерист Айчобан, которого не взяли в артиллерию из-за того что оторвало два пальца левой руки.
Сам Бедир - высокий сорокалетний мужчина светлой наружности, мать которого отец бил за то, что родила удальца не в него чернявого и короткого ростом служил в молодости в пехоте. В армии не остался. Тянуло пахать землю!
Эфенди молодой. Только из училища. Ему не солдатами командовать, а за девушками поухаживать, погулять на свадьбах, попить вина с такими же. Бедиру жалко этого молодого эфенди. У самого сын чуть младше. Успел услать к родне в горы пасти скот. Чтобы не забрали. Кому-то надо было воевать. У жандармов на руках была бумага на столько-то человек. Не хватило бы, они люди подневольные, полезли бы в горы. Старейшины по жребию выбрали из мужиков постарше, а жандармскому офицеру дали бакшиш. Остальных тоже не забыли - кому курицу в котомку, кому акче в карман, а кому просто табаку насыпали в ладонь. Никого не обидели!
Жена собрала Бедиру в дорогу любимой колбасы с сыром, положила поллитра ракии, наварила ему в дорогу Боб чорбы. Он в благодарность так умял её ночью, что утром сказала:
Бедир! Ты как в молодости. Я от тебя тогда с сеновала чуть живая выползала! И сегодня вставать не хочу. Умял ты меня!
Бедир вспомнил это и улыбнулся. Эфенди заметил. Принял на свой счет.
- Аскер! Я сказал смешное?
Бедир знал, что в такой ситуации с начальством лучше не спорить. Он сразу извинился и эфенди это понравилось. Да и этим он показал свою власть другим солдатам. Даже строй подтянулся.
Эфенди отпустил солдат и подозвал Бедира.
Вы кажется служили, Бедир-ага? - спросил эфенди, который почтительным обращением показал, что не обижается на старого солдата.
- Так точно! Стрелок 1 роты 1 батальона Румелийского полка.
- Давайте без этих званий. Мы теперь после революции все братья. Поэтому вы меня можете называть просто Мухтар. Не при всех конечно. Тем более я хочу назначить вас сержантом-командиром отделения. Без возражений. Вы опытный солдат. Во взводе вас таких двое.
Бедир стал командиром отделения. Мухтар обещал послать рапорт в батальон, чтобы Бедиру присвоили сержантское звание.
Но получить его в Киркилисе, где они стояли, уже не получилось. С утра 9 октября 1912 года болгары начали обходить турецкие позиции на высотах у города. Киркились был важным опорным пунктом перед Истамбулом. Это понимал даже вшивой ездовой с дальней границы в Анатолии. Но своя жизнь была дороже.
Когда турки увидели как болгары мелкими группами просачиваются в тыл, то даже у опытного Бедира екнуло сердце. Несмотря на пулеметно-артиллерийский огонь болгары смогли пробиться в тыл. Хотя турки были на высотах, но из-за глупости командующего Колемена Абдулла-паши не закрыли стыки. Этим воспользовались болгары.
Эфенди Мухтар сокрушался:
- Болгар тоже, как и нас учили немцы. Только они лучше нас учились. В немецкой тактике главное захват господствующих позиций. Они мастера в этом. Мы проиграли!
Бедир ничего не понимал в тактике. Кивал головой, подтверждая слова эфенди. Не забывая оглянуться, выглядывая, нет ли поблизости полевой жандармерии.
В конце концов турки не выдержали. Вначале поодиночке, потом группами стали пробираться в Кирккилис. Болгары не мешали. Видно их командующий Радко Дмитриев отдал приказ пропускать турок, чтобы они все отошли.
Так и получилось! Командир III корпуса Махмуд Мухтар-паша в котором служил Бедир и эфенди отдал приказ отступать в Кирк-Килис. Как рассказал односельчанин, служивший денщиком у штабного офицера он постоянно звонил командующему Абдулле-паше, но тот не отвечал. Видно струсил, поняв, что совершил ошибку не закрыв стыки.
Пришлось Мухтар-паше брать ответственность на себя и отдавать приказ отводить войска. Сам он и возглавил колонну своего корпуса. При полном параде, на вороном коне ехал впереди своих солдат с офицерами штаба.
Его было хорошо видно и любой болгарский пулеметчик мог снять с первой очереди. Никто не стрелял. Приказ!
Мухтар-паша привел войска в Кирк-Килис. В городской крепости царил бардак. Орудия были в арсеналах, склады закрыты и интенданты грудью стояли перед ним, требуя приказа Абдуллы-паши. Однако тот велел не беспокоить.
Солдат не покормили. Даже не дали сухого пайка. Бедир смог разжиться куском телятины, который купил у местного еврея по огромной цене. Он поджарил его и поделился с эфенди. Тот был так удручен что не съел и куска.
- Почему так, Бедир-акя? У нас хорошие позиции. Но мы отступаем без боя. У нас полные склады провианта, а мы с тобой едим кусок мяса на двоих. У нас в арсенале лучшие крупповские пушки, а мы воюем только винтовками. К пулеметам только по две ленты.
- Не переживайте, Мухтар-эфенди! Все утрясется - только и мог сказать ему Бедир.
Переживал не только эфенди. Командир III корпуса Мухтар-паша приказал отогнать интендантов и открыть продовольственный склад. Наконец солдаты получили горячую еду и сухой паек на два дня.
Недолго радовались! Болгары ночью внезапно атаковали крепость. Всполохи озарили ночное небо. На солдат посыпались осколки бризантных снарядов. Откуда-то из темноты болгарские стрелки вели прицельный огонь по турецким солдатам, сами невидимые.
Всех охватила паника. А когда раздалось знаменитое болгарское "На нож" турки побежали. К утру в крепости Киркилиса остались только раненые и мирные жители, которые с радостью встречали болгарские колоны входившие в город.
В это время Бедир уже месил грязь по дроге на Истамбул. Теперь он был командиром взвода. Эфенди застрелился.
Не уберег я парня! - корил себя Бедир, останавливаясь, чтобы пропустить последнего солдата из взвода. Чтобы не отстал. Взвалил застрелившийся офицер на него ответственность. Теперь он отвечал за этих 30 крестьян, поневоле ставших солдатами.
Термины:
- Редиф - резервисты первого призыва османской армии
- Румелия - османские территории на Балканах
- Ракия - водка на Балканах
- Аскер - рядовой османской армии
- Эфенди - здесь лейтенант, командир взвода