Вводить цензуру или не вводить: вот в чём вопрос!

Вводит цензуру или не вводить: вот в чём вопрос!

Вводит цензуру или не вводить: вот в чём вопрос!

В мае состоялся круглый стол «Учимся писать заново? Актуальные проблемы креативной критики». И конечно же, главным вопросом, проходящим красной чертой во всех выступлениях, был вопрос вводить или не вводить цензуру?
Итак, слово старшему поколению.
Доктор богословия Ольга Седакова не высказалась напрямую о вопросе цензуры будь она литературной или политической. Ольгу Седакову волновало быть вовлеченной в насилие на Украине, которое приведёт к безысходной ситуации, когда останется только писать в стол. Стало понятно, что косвенно Ольга Седакова против введения цензуры, памятуя 37 год и 50-е заодно.
Отголоски и страхи советских времён довлеют также и над заместителем главного редактора журнала «Знамя» Натальей Ивановой. И конечно же, она категорически против цензуры в любой форме.
Поэт Лев Семенович Рубинштейн. В результате пространного многословия выяснилось, что введение цезуры приводит «к унынию и отчаянию».
Стало ясно, что старшее поколение высказалось в том смысле: как бы хуже не было.
Писательница Мария Александровна Кучерская согласна с мнением Льва Семеновича Рубинштейна.
Галина Юзефович. Лейтмотив её выступления: «не надо ничего менять». Ну здесь всё ясно. Галина Юзефович, как и её отец, Леонид Юзефович прекрасно устроены, на них работают многочисленные литературные премии и карманные критики. Леонид Юзефович каждые два-три года получает свою какую-нибудь премию, а то и две. Действительно, менять ничего не надо. Эту публику всё устраивает.
Александр Архангельский. Высказался в том духе, что литературу не должна «превращаться в книгу жалоб». На них неплохо бы ввести мораторий.
Это называется искусством не говорить ни «да»,  ни «нет». С большой натяжкой примем то, что Александр Архангельский по существу вопроса ничего не сказал, а тот, кто хочет искать смысл в его фразах, пусть ищет.
Писательница Марина Степнова за недостатком жизненного и литературного опыта считает, что: «Настоящая, большая проза требует дистанции. Лучшая военная проза в СССР появилась спустя десятилетия после Великой Отечественной войны». Тоже неплохо. Давайте подождём ещё двадцать лет, литература от этого не скиснет. О цензуре – ни слова.
Итак, большая часть литературно-критической тусовки в Москве встала на откровенно реакционную позицию: литературная цензура не нужна, всё должно остаться так, как есть, и гори оно всё синим пламенем этанола. 
Такое ощущение, что выступающие намеренно политизирую вопрос. Хотя настоятельная необходимость введения именно литературной цензуры давно назрела. Нам нужна литературная цензура для отсечения всеобщего графоманства и создания предпосылок для ренессанса русской литературы, иначе всё останется, как есть, а есть всеобщее болото графомании и застоя.