Луна взошла на небо круглым блюдцем.
Русалки песней разорвали тишину!
Ах, девушки! Над кем они смеются,
Кого зовут в холодную волну?
Кто в этот раз попался в эти сети,
Кому не повезло ночной порой?
Кто позабыл теперь про все на свете,
Накрывшися холодною волной?
Крестьянин иль рыбак, иль дворянин несчастный?
Кого пленило обаяние сирен?
Кого прикончит поцелуй их страстный,
Кто попадет теперь в смертельный этот плен? –
Так думал рыцарь над рекою проезжая,
Был берег крут и весь зарос травой.
Конь медленно ступал, и рыцарь размышляя
Недвижимо сидел с понурой головой.
Он был герой, не знавший поражений,
Всю жизнь свою он подвиги свершал.
В балладах и стихах, и в песнях без сомнений,
Он сам себя давно уж узнавал.
Он был герой – он одолел дракона –
Тогда в бою, среди прибрежных скал.
Вспорол драконье мерзостное лоно
И первый камень заложил в свой пьедестал!
Потом он дрался с жутким вурдалаком.
Болтали, что упырь непобедим!
Семь дней тогда тянулась эта драка
И все же совладал он с ним.
Потом война была с ужасным троллем
И с гоблином он тоже воевал,
Он побеждал врага и на коне, и стоя!
И даже лежа, тоже побеждал!
Он был герой, его любили дамы,
Он на пирушках рыцарских блистал.
Из кавалеров был галантным самым
И вот теперь он встал на пьедестал!
А над водой русалок песня льется,
Лишь слов не удается разобрать.
Мелодия томит, на части сердце рвется,
А рыцарь продолжает размышлять.
«Всю жизнь свою служил я верно трону.
Когда война, я честно воевал!
Не раз спасал я гордую корону,
Не раз свою отчизну защищал.
Неумолимо время мерный ход свой продолжает,
Ушли в былое старые года,
Теперь, увы, драконы не летают!
И тролли вдруг исчезли в никуда.
Теперь я стар, все чаще ноют раны,
Волос моих коснулась седина.
Я стал не нужен! Боже мой, как странно?
Мне слава гордая теперь уж не нужна,
Не нужно мне теперь ничье признанье.
Мечтами прошлыми теперь я лишь пленен.
Живу теперь одним воспоминаньем
Моих прошедших, сладостных времен!
Луна блестит на небе круглым блюдцем,
Высокий берег перешел в песчаный пляж.
Слова чудесных песен сладко льются,
Рисуя в мыслях сказочный мираж.
Могучий конь вступил на брег песчаный
И рыцарь молча тронул удила.
И очарованный застыл картиной странной:
О брег плескалась хладная волна,
Три девушки купались в водах темных,
Желаньем светятся их томные глаза
И стройных тел их позы так нескромны,
Блестит на коже свежая роса.
Их груди полны, слаще спелой дыни.
Ручьем струятся черные власы!
«Мечтать ты будешь лишь о нас отныне,
Тебе лишь наши будут грезится красы».
Так пели девушки маняще и призывно,
Так сладостно ласкали слух слова!
Их стройные тела блестели дивно
И так от них кружилась голова.
В груди героя сердце чаще бьется,
Улыбка тронула сомкнутые уста.
Душат поет, душа к русалкам рвется.
Зачем терзаться - истина проста.
Коня пришпорив, он рванулся в воду,
Он так привык - всегда на "абордаж"!
Он был бесстрашным воином от рода,
В крови кипел отчаянный кураж.
Но что это? Исчезло вдруг виденье!
И он один средь темных мутных вод,
И прекратилось сладостное пенье,
Лишь конь хрипит, и в омут их несет!
Луна взошла на небо круглым блюдцем,
Русалки песнями тревожат тишину.
Они в воде танцуют и смеются
И бьют хвостом холодную волну…
