В 1888 г. неимущие районы Лондона напоминали пороховую бочку: засилье иммигрантов, всеобщее пьянство, нищета, безработица, проституция и долговременные вспышки вирусных болезней. возмущение жителей этих богом запущенных кварталов становилось настолько явным, что жители состоятельных районов побаивались тут показываться. недостаток рабочих мест стало одной из факторов большего числа девок на улицах города: за год полиция насчитала 62 борделя, и это только те, что удалось обнаружить. Конечно, подобная обстановка не могла посеять ничего, кроме жестокости и аморальности. Осенью 1888 года Лондон содрогнулся от небывалых дотоль преступлений: серийный маньяк не просто убивал проституток, но делал это с особенной изощренностью, удаляя у своих жертв внутренние органы. известное прозвище преступник получил вследствие одному из писем репортерам, в котором он якобы признается в содеянном и подписывается: Впрочем, эксперты именуют это послание подделкой, которых было немало в то время. Различные