Глава 16
– Мы могли бы проводить тебя в аэропорт, – Кирочка источала дочернюю любовь и заботу.
Объяснялось это просто – она только что уговорила папашу привезти ей из Праги весьма дорогую сумочку. А провожая, наверняка надеялась выпросить ещё что-нибудь. В последнее время отец был так занят проблемами бизнеса, что не спешил баловать дочерей, и если Кристина давно решала вопрос своего финансирования ещё и с помощью любовников, Кирюша такого уровня не достигла, и кроме жалкого дохода от хилого пакетика акций, папин карман был единственным источником её благосостояния. Чтобы быть замеченной занятым отцом и получить от него что-то, сестрице теперь приходилось суетиться. У самого Саши с родительской помощью было ещё хуже – девчонок предок объявлял существами от природы слабыми и зависимыми, а парень, по его мнению, к двадцати пяти годам обязан был рассчитывать только на себя. Позиция матери была не такой радикальной, однако и денег у неё намного меньше. Но вот Кирочке на сумку она наверняка не выдала из примитивной бабской ревности к особе, которая моложе её.
– Тебя брат отвезёт домой, – отец пресёк Кирюшины попытки присосаться к нему клещом. – Александр, надеюсь, не забудешь вернуться в офис?
Это было излишним – в очередной раз намекнуть сыну на отсутствие усердия. Осталось ему добавить – а вот Жданов… и привести в пример этого выскочку, вдруг свалившегося на их головы. Мнение о нём у отца как-то подозрительно быстро менялось. Из проблемы и подлянки от Павла Андрей уже превратился в реального конкурента на место вице-президента. Подумав это, Саша, как обычно, разозлился и принялся про себя обзывать Жданова последними словами. Подкидыш, вылезший из незнамо какой дыры и сидящий в тесном кабинетике с краснеющей курицей Пушкарёвой. Самозванец, настолько не похожий на Жданова-старшего, что ёжику ясно – мамаша гульнула и завела это недоразумение непонятно от кого. Почему нельзя доказать факт, что Андрей не сын Павла и этим отменить завещание? Но самого Павла установление их родства не занимало и обязательным условием наследования он это родство не сделал. Никаких лазеек. Глухо. А как они с Пушкарёвой смотрят друг на друга! Заметив это на днях, Саша подумал – померещилось, но тут же увидел снова… Да и тётки в офисе начали поговаривать о банальном служебном романе. Мол, не все шефы компании так уж равнодушны к своим помощницам. Это тоже бесило – недотрога из бухгалтерии, выходит, не такая уж недотрога?
– Ты уснул? – Кира отбросила ласковый тон. Раз уж папаша отказал, к чему стараться. – Отвези меня домой.
Выйдя из приёмной, они узрели Жданова, направляющегося в кабинет президента. Наверняка отец его туда и вызвал – как и Сашу, проинструктировать перед самостоятельным плаванием, – но это всё равно лишало остатков равновесия. Идёт, будто так и нужно, будто он и правда имеет полное право тут находиться.
– Здравствуй, Андрей. Хотела извиниться. За тот случай перед презентацией, – Кирюша вновь показательно засияла. – Был очень нервный день, а то платье…
– Кому понравится, когда наступают на подол, я понимаю, – снисходительно сказал Жданов и задерживаться не стал.
– С чего бы тебе извиняться? – поинтересовался Саша в лифте. – Ты же считаешь виноватым его. Решила подружиться с партнёром по бизнесу?
– Подружиться, породниться, – глупо хихикнула сестра, – это, Сашенька, как получится. Ругайся с ним ты, а я рассмотрю варианты.
– Нужна ты ему, как прошлогодний снег. Малиновский подгонит дружку такой косяк рыбок – твоя бледная физиономия на их фоне сразу потеряется.
– Рыбки – не совладелицы компании, рыбок я в расчет не беру. Он же не в кризисе мужского увядания, чтобы демонстративно жениться непременно на модели. Говорят, мальчик умный. А умный поразмыслит и женится так, как полезно. Конечно, не завтра, но и я пока в капкан брака не спешу. Погуляем несколько лет, параллельно присмотримся друг к другу, а там…
– Сама додумалась?
– Маман подсказала. Вот, мол, готовый жених с хорошим капиталом. Ещё и молодой, мне не надо будет идти за старпера ради стабильности.
– А как же любовь? Большая и чистая?
– Любовь – глупости для Кристины, – фыркнула Кирочка, – счастливы не те, кто выходит замуж по любви, счастливы те, кто выходит за правильных мужчин. Что может быть правильнее молодого человека с контрольным пакетом акций папиной богадельни? Разве что нефтяной магнат. У Викуси появился. Даже интересно – удержит, нет…
Усаживаясь за руль, Саша глянул на сестру с неприязнью, потом, с не меньшей ненавистью, – на здание компании. Рвать жилы, чтобы переплюнуть Жданова и остаться на должности, которая тебе абсолютно не нужна… Есть в этом что-то извращенное.
– Ну что ты приуныл, братик, – Кирочка откинулась на сидении, – не знаешь, как пишется слово «бизнес-план»? С чёрточкой или без?
– Закрой рот.
– Как грубо. А я хотела дать тебе совет. Заплати финансовому директору, он тебе этот план сам напишет и принесёт в красивой папочке. Неужели какой-то Жданов сможет придумать лучше?
Не сестрице давать ему советы, но в этот раз она была права. К чему напрягаться самому, когда это может сделать кто-то другой? Тем более в такой унизительной ситуации. Собственный отец заставляет доказывать ему что-то, соревноваться чёрт знает с кем, играет в равноправие и продвинутое отношение – каждому по заслугам, невзирая на родственные связи. Папаше это всегда было свойственно, и всегда Саша выходил из себя, считая такое поведение оскорбляющим его. Он не может быть с Андреем на равных, это несправедливо!
– Братик, – Кирочка затыкаться и не собиралась, – не парься. Смотри на всё философски. Папа не может выгнать Жданова, это данность. Он просто пошёл другим путём. Прикинулся добрым, а потом выберет твой план. А этот честный баран честно же и отвалит. У него ведь на лбу написано – кодекс ковбоя и всё такое.
– Как ты о потенциальном муже…
– Когда я стану его невестой, так и быть, переименую из барана в котика, – пообещала сестрица.
– Пожалуй, женить его на тебе – лучшая мысль сезона. Ты будешь отвратительной женой.
Подниматься в квартиру и общаться с матерью он не счёл нужным. Раз та не в состоянии отговорить отца от его шизофренических идей, то и беседовать им не о чем. Всё знала, но не заступилась – это в её духе. Спорить с отцом в своих эгоистических интересах мать обожала, а вот чем-то помочь Саше – зачем, отец всегда прав, он лучше знает, как поступать с мальчиками, а потом с молодыми людьми…
Вернувшись в офис, Саша застал Жданова с Малиновским у бара. Те явно собирались отметить начало самостоятельного управления компанией стаканчиком сока. По цвету определив апельсиновый у Романа и яблочный у Андрея, Саша обошёл их и двинулся к своему кабинету, тут же узрев и Пушкарёву.
Та, выряженная в платье, в котором таскалась всю последнюю неделю, заталкивала мелочь в автомат с шоколадками. Автоматов со сладостями, жевательной резинкой и кофе наставил по офису Павел, чтобы работникам можно было перекусить, не тратя время на поиски еды. Помощница выскочки Жданова нацелилась на сникерс, тоже наверняка радуясь, что её шеф выбился на несколько дней в первые люди компании.
– Милая моя, – вкрадчиво произнёс Саша, – куда тебе шоколадки-то есть, платье треснет. И так отвратительно сидит.
Он врал, платье сидело как надо, но жертвам положено страдать.
– Впрочем… купил шеф телефон, расщедрится и на шмотки? И как вы с ним, уже не только до вечера, но и в ночи? Как он тебе?
Дикая боль в руке заставила взвизгнуть. Андрей оказался рядом как-то незаметно и завернул Саше руку за спину, как это делают в кино, где положительные герои ловко справляются с отрицательными. Или, порой, наоборот. Чувствуя, что ещё сантиметр – и рука будет сломана, Саша услышал требование:
– Извинись.
Возражать было опасно, и торчать в такой позе посреди коридора, по которому то и дело ходят сотрудники – недопустимо.
– Извини, – выдавил он.
– Извини, Катя, – уточнил Жданов, – можешь ещё пообещать никогда больше не приближаться к моей девушке с дурными мыслями или словами. О действиях промолчу, урою сразу.
– Извини, Катя, обещаю…
Захват ослаб, и подскочивший к ним Малиновский с восхищением спросил:
– Чёрный пояс по карате?
– Четверка с плюсом по хореографии, – загадочно ответил Жданов, притянул к себе Катю, поцеловал в волосы и велел ей не волноваться. Больше, мол, подобное не повторится.
Потирая пострадавшую руку, Саша поспешил уйти в свой кабинет, а там не мешкая вызвал к себе финансового директора компании. Жалкие попытки отца объединить их со Ждановым в работе над одной коллекцией были отвратительны, но устроенное им соревнование – за гранью. Один из них должен уйти. И пусть Саше совершенно не интересно «Зималетто», всё равно он сделает попытку победить. А победив, избавится от Жданова и уничтожит Пушкарёву.